Книга Сыграем в любовь?, страница 114 – Шарлотта У. Фарнсуорт

А еще из-за Дрю я просто таю. От того, как он на меня смотрит – собственнически, жадно. От его внешности – он словно произведение искусства, образец мужского совершенства. На Дрю уже нет хоккейной экипировки, в которой он был на льду. Таким, как сейчас, он предстает только передо мной.

Я вижу лишь твердые мускулы. Касаюсь только плотной кожи.

И я хочу вызвать у Дрю не менее сильные чувства. Я беру его в рот – и градус моего желания взлетает до небес.

— Харпер.

Из его уст мое имя звучит бездумно. Отчаянно. Желанно. Взгляд Дрю становится тяжелым, вытесняя все прочие чувства.

Я отстраняюсь с влажным звуком:

— Скажи, чего хочешь.

— Обратно к тебе в рот, – тут же отвечает он.

Я не то смеюсь, не то хмыкаю. Обхватываю ладонью основание члена, двигаю ею вперед-назад, используя собственную слюну как смазку. Поглаживаю основание, затем кладу ладонь на яйца.

— Я серьезно, – говорю я.

— Я тоже. – Дрю поглаживает большим пальцем мою нижнюю губу. – Твои губы вокруг моего члена… знаешь, как чертовски это возбуждает? Выглядишь просто идеально.

Желание становится ярче. И жарче.

Я выдыхаю через нос и беру Дрю еще глубже, до самого горла. Наслаждаюсь чувством власти, пока Дрю имеет мой рот столь же уверенно, как ранее вечером играл в хоккей. Впрочем, так он делает что угодно.

Я чувствую, как его член дергается, становится еще тверже – хотя, казалось бы, куда уж сильнее? Я как раз думаю, сглотнуть или нет – но тут Дрю выходит. Поднимает меня на руки и опускает на кровать.

— Прости, но кончить я хочу в твою тугую киску. Только о ней и думаю.

Кислорода вдруг становится мало. Дыхание кажется помехой – действием, на которое у меня особо нет ни времени, ни мыслительных сил.

Мне вроде как удается сказать: «Ага». По крайней мере, надеюсь. Слоги сейчас даются лучше, чем полноценные слова.

Дрю грубо стаскивает с меня джинсы, а затем не менее нетерпеливо сдергивает трусики. А потом его губы оказываются там, куда прежде давило кружево. Мягкое посасывание заменяет собой грубую ткань. С моих уст срываются неведомые мне прежде звуки – и имя Дрю.

Обычно в таких ситуациях я стыжусь. Слишком много думаю. Так было с каждым парнем, с которым я спала.

Однако сейчас у меня в голове лишь одно – насколько мне хорошо.

Я подаюсь к его губам. Чувствую настойчивые ласки языка. Дрю лижет, посасывает, кусает. Я зарываюсь пальцами в его светлые волосы, пытаясь сказать: «Не смей останавливаться».

Тепло внутри копится слишком быстро. Его все больше и больше, пока я понимаю, что дальше некуда. Так хочется продлить удовольствие – и в то же время не терпится испытать это чувство. Я смотрю на голову Дрю меж моих ног – ощущение сродни десятку шотов текилы. Вокруг все плывет; мне так тепло. Я словно выпадаю из реальности.

Язык Дрю дразнит меня. Гладит по кругу, проводит вперед-назад. Разжигает пламя и добавляет топлива. А я все ближе, ближе и ближе…

Я ахаю, вздрагиваю, умоляю – и чувствую, как он доволен, когда я рассыпаюсь. Оргазм проходит сквозь все тело, вытесняя все мысли до единой. Я словно плыву на облаке блаженства, и удовольствие так сильно, что едва не обжигает меня.

Я все еще чувствительна и дрожу, когда Дрю переворачивает меня на живот. Укладывает, словно моими движениями распоряжается он, а не я. В данный момент, впрочем, так и есть.