Книга Ничуть не влюблены, страница 39 – Шарлотта У. Фарнсуорт

— Если она хочет с ним встречаться, ей придется научиться с ним разговаривать, – замечаю я.

— Разумеется. – Ева только глаза к потолку возводит. – Я просто думаю, что было бы неплохо, если бы кто-нибудь разрядил обстановку. Я предлагала, но я же совсем не знаю этого парня.

Я понимаю, к чему все идет.

— Хочешь, чтобы я прицепилась, как пятая нога? Ведь в этом нет ни капли неловкости.

— Я же говорил, – вторит мне Бен. Ева явно уже поделилась с ним планами.

Она сердито смотрит на него, потом снова на меня.

— Никаких пятых ног. Пока Мэри молчала, я предложила им потусить после каникул. А еще сказала, что можно собраться толпой, типа двойное свидание. Клейтону, похоже, зашло. Только вместо нас с Беном с ними пойдешь ты и… кто-то еще.

— И что, мне втягивать в это какого-то случайного парня?

— Ты все время ходишь на свиданки. Дай Эрику второй шанс. Ему нравится спорт?

— Понятия не имею. Об этом речи не зашло.

— Ну пожалуйста, Хар! Может, Мэри и Клейтон – родственные души. И еще, если они сходят на свидание и поладят, мне больше не придется слушать об этом на занятиях.

— Ага. Какое суперское бескорыстие, – говорю я с сарказмом. Бен смеется. – Я ничего не обещаю, – предупреждаю я. – Но подумаю, ладно? В основном – сколько ты мне будешь за это должна.

Ева сияет:

— Ладно.

Я качаю головой и иду к себе, с верхней одеждой и газировкой. Сваливаю шмотки на стол и переодеваюсь во фланелевые пижамные штаны и футболку оверсайз. Достаю одежду на завтра и набиваю спортивную сумку тем, что мне нужно на каникулах на День благодарения.

Перепроверив все, чтобы убедиться, что вещи собраны, я иду в ванную, потом выключаю свет и забираюсь в кровать. Только я устраиваюсь под одеялом, как жужжит телефон.

«Теперь в моей машине пахнет рыбой».

Меня пробивает восторгом, словно молнией. Он написал. Не «Привет» и не «Это Конор». Он дразнит меня… наверное? Конора очень сложно прочесть и при личной встрече. А черно-белые слова еще сложнее.

Я отвечаю: «Купи освежитель воздуха», потом переворачиваюсь на спину и пытаюсь заснуть.

Дни матчей ощущаются иначе. В моей крови звучит тихий гул. Осознание звенит в каждой мысли. Каждая молекула и мышца знают, что будет дальше.

Я знаю, чего от меня ждут.

Я не знаю, чем все кончится.

И плюс еще волнение. Даже если бы я мог выбирать счет на табло в конце матча, не стал бы. Есть свое упоение в неожиданности. В испытании. Знать, что беспроигрышный сезон, над которым я так упорно трудился, может в любой момент выскользнуть из рук. Тут нет места самодовольству.

Я привлекаю к себе внимание. Девять матчей за сезон, и мы выиграли все до одного. На прошлой неделе про Холт вышла статья в Center Line Commentary. Под заголовком «Темная лошадка третьего дивизиона?».

Одной статьи недостаточно, чтобы получить контракт. Но этого может быть достаточно, чтобы пара человек покопалась в моей подноготной. Чтобы понять, что есть веская причина, почему я не попал на сборы. Не пошел на драфт. Чтобы понять, что я буду работать в три раза усерднее, чем любой из новичков на контракте, у которых в глазах уже светятся миллионы долларов.

Затаенный гнев – мотивация гораздо сильнее, чем крупный чек. По крайней мере, для меня.

Я скроллю телефон, игнорируя почти все непрочитанные сообщения. Ухмыляюсь, когда читаю ответ Харлоу.