Книга Расследование леди Ловетт, страница 65 – Вайолет Марш

— Насыщенно-алый, не правда ли? – К игре брата подключилась теперь и Шарлотта, устремив взор на несчастного Мэттью.

Молодой врач с трудом подавил желание закрыть лицо руками, вместо этого скорчив кислую физиономию.

— Скорее бордовый, – возразил Александр, – но думаю, нам удастся превратить его в пурпурный. Вот на что стоило бы посмотреть.

— Вы же осознаете, что я сижу здесь? – запротестовал Мэттью.

— О, мы в курсе. – Александр подмигнул ему. – Это и делает происходящее таким забавным.

— Хм-м, – протянула Шарлотта, подавшись ближе, чтобы тщательно осмотреть мужчину. – Я вижу, как начинает проявляться розовато-лиловый оттенок.

У Мэттью действительно не оказалось другого выбора, как скрыть свое вспыхнувшее лицо. Возможно, его выручит захваченная с собой треуголка, но едва он потянулся за ней, как неожиданно карета накренилась вправо. Наклонившаяся вперед Шарлотта потеряла равновесие и, к ужасу Мэттью, полетела прямо на его по-прежнему мощно раскаленное «железное орудие». Он вскрикнул и дернулся, чтобы заслониться, но тут же понял, что карета не просто покачивалась, а разваливалась на ходу.

Годы физических тренировок не прошли даром, взрастив в молодом человеке молниеносную реакцию. Мэттью бросился вперед, обхватив Шарлотту руками. Из горла девушки раздался истошный крик, как только деревянный экипаж рухнул на мощеную дорогу. Мэттью захрипел, почувствовав, что его плечи и спина приняли на себя большую часть удара. Шарлотта прижималась к его груди, а Александр навалился на них сверху, случайно зацепив сапогом голень Мэттью.

В воздухе разнеслось испуганное ржание лошадей, и Мэттью заметил, как опасно дернулась перевернутая карета. Он не знал, что случилось с кучером и выездным лакеем, но больше никто не управлял животными. Пустившиеся лошади вскачь вполне могли привести их к смерти.

Мэттью, упираясь спиной в разбитое окно, ощутил, как наезженная колея царапает его ткань сюртука и скоро достигнет голой плоти. Он передал Шарлотту в объятия ее брата и толкнул их обоих в относительно безопасный угол, спасая от града осколков. Дерево скрипело и жалобно стонало, пока карета разрушалась на части. Вцепившись пальцами в мягкую обивку, Мэттью, несмотря на немилосердную тряску, удалось подняться на ноги. С трудом удерживая равновесие на правом боку кареты, Мэттью потянулся к запертой левой дверце, висевшей над головой. Она с грохотом распахнулась и захлопала, как крыло разъяренной птицы. Вновь упершись в обитую плотной тканью спинку сиденья, Мэттью пролез в образовавшийся проем, но едва он выбрался наружу, как лошади метнулись влево, чуть не отправив его в полет. Мэттью схватился за декоративную раму, пока его ноги скользили по лакированной поверхности.

В конце концов ему улыбнулась удача, и, воспользовавшись крюками для фонарей в качестве надежной опоры, он перебрался на козлы. Упершись коленями в край сиденья, мужчина наклонился и со второй попытки достал поводья, остановив взбесившихся скакунов.

Стоило карете затормозить, как Мэттью сделал сальто и аккуратно приземлился на твердую поверхность. Не успел он отвязать лошадей, как вдруг что-то резко обрушилось сзади, и Мэттью, не ожидавший удара, рухнул на землю. Получив первый стук по голове, он понял, что его сразил человек.