Книга Любовь и прочие парадоксы, страница 7 – Катриона Силви

— Я за нее не хватаюсь. Это она ко мне прицепилась. Ходит за мной по пятам. Смотри! И всю группу за собой тащит!

Один из туристов поднял одноразовый фотоаппарат и сделал снимок.

— Они меня фотографируют!

— Грини, я не стану тебе говорить, что ты несешь сущий бред. Мы живем в чуть ли не самом оживленном туристическом месте Западной Европы. Как думаешь, может ли быть такое, что они фотографируют не тебя, первого попавшегося студента, а находящийся прямо у тебя за спиной потрясающей красоты двор Пембрук-колледжа, которому уже двадцать четыре века?

— Он четырнадцатого века. Не вешай лапшу, я не на твоей дурацкой экскурсии.

И все же Джо никак не мог избавиться от чувства, что за ним наблюдают.

— Я нахожу какие-то странные вещи у себя в почтовой ячейке, а тут еще и это… Вокруг меня явно что-то происходит.

Роб покосился на друга:

— Ну да, это я без спроса записал тебя в ассасины, и теперь все жаждут твоей крови.

— Не могу понять, шутишь ты или нет.

— Конечно шучу, – усмехнулся Роб. – Это же абсурд.

Джо посмотрел на требушет из газетной бумаги под мышкой у Роба.

— Да, точно абсурд.

Они пересекли засеянное травой пространство Паркерс-Пис. Без оправы моря небо казалось слишком огромным, словно гигантский глаз, что внимательно следил за ним сверху. И только когда они миновали фонарный столб, известный как Контрольно-пропускной пункт в реальный мир, где кончалась территория университета и начинался собственно город, ощущение, что за ним наблюдают, ослабело.

— Мне сюда, – сказал Роб, сворачивая на боковую улицу.

— Удачи, перебей там всех! – ободряюще крикнул ему вслед Джо.

Какой-то прохожий, шагая мимо, удивленно окинул его взглядом.

— Потише ты, Грини! – обернувшись, откликнулся Роб. – Теперь мы с тобой в реальном мире. Не забудь, что сегодня вечеринка в честь Хэллоуина. Только не приходи в образе какого-нибудь поэта, про которого никто никогда не слышал.

— Не волнуйся!

Джо отвернулся и нащупал в кармане листовку конкурса. Полтора дня, чтобы написать стихотворение о любви, настолько необычное, чтобы оно определило все его будущее. От этой мысли захлестнуло чувство собственной несостоятельности. Он двинулся дальше по улице, похожей на множество других, застроенной домами с магазинчиками и захудалыми забегаловками. Ну разве можно здесь найти поэтическое вдохновение? Он уже собирался повернуть назад, как вдруг кое-что привлекло его внимание.

Джо заметил витрину кофейни, оформленную как раз к Хэллоуину. В ней стоял мешок с кофейными зернами, на который напали вампиры, изображенные в виде чашек для эспрессо. С выпученными глазами, нарисованными острыми зубами, вампиры со всех сторон облепили бедный, отчаянно вскинувший брови, жалобно разинувший рот, истекающий ручьями крови в виде потоков кофейных зерен мешок. Эта картина так его восхитила, что он заулыбался, но тут вдруг увидел в стекле свое отражение. Джо отбросил со лба вечно непричесанные волосы и, хмурясь, наклонился поближе. Человек в отражении был совсем не похож на того, в честь кого хочется изваять статую. Странный тип, болезненно-бледный, лохматый и утомленный.

Может, кофе немного взбодрит?

Он вошел в заведение. Довольно уютно, хотя обстановка видала виды: и стулья, и столы, да и вообще все остальное, казалось, держится на честном слове. Мимо книжных полок он направился к стойке, за которой стояла темнокожая скуластая девушка и чистила кофеварку; ее короткие косички вздрагивали в такт движениям. Наконец она наполнила машину водой.