Онлайн книга «Порочный бит»
|
Народу в випке прибывает, и Саня отходит от меня все дальше, изучая музыкальную установку в углу. — Как включить это оборудование? – нещадно тыкая во все подряд кнопки, спрашивает Саша, не удосужившись воткнуть вилку сетевого шнура в розетку. Тут в моей памяти освежились и трупы шайтан-машин в квартире, которым не повезло познакомиться с Сумароковой. — Попробуй начать с розетки, потом почитай инструкцию! На русском она обычно начинается со слов: «Чо, Санечка, сломала?», – намеренно цепляю я её, отчетливо осознавая, что напряжение между нами просто обязано взорваться, заискриться молниями, рассекая пространство опасными разрядами. Санечка грациозно откинула длинные прямые волосы на спину и, с вызовом посмотрев на меня, рявкнула: — Я раскатаю тебя, Слащев! Батл! А вот и молния… Я аж опешил на секунду от такого вызова. И еще больше от сверкающей обиды в глазах. Да что я ей сделал? Конечно же, весь народ в лаунж-зоне тут же организовался полукругом, зашумев в предвкушении веселья. — Народ! Дайте шума! – взмахнул руками рефери батла Мирон. Из колонок потекли разгоняющиеся биты, которые с удовольствием подхватили присутствующие, подбадривая нас с этой Горгоной. Встав от меня в двух шагах, Сашка вскинула голову, пересекаясь со мной взглядом. Ох, не бережешь ты свою круглую жопку, Сумарокова! Бит уже начал повторяться, но Саша начинать не спешила, очевидно давая мне первому начать этот неожиданный бой. — Тебе жопу надирать мне не впервой! Было бы привычнее в коленно-локтевой! Впрочем, не спеши поворачиваться задом, наслажусь сначала язвительным фасадом! – не пытаясь быть особо изобретательным, прото лупанул я правду. Уголок рта Сумароковой изогнулся в усмешке, демонстрируя окружающим и мне, что её такой ерундой не проймешь. Протянув руку, она ласково пробежалась по ткани моего худи кроваво-красными острыми коготками, словно скальпелем разрезать хочет и извлечь моё рваное сердце. — Ты безумно горяч! Доводишь до оргазма! Я готова кончить! От своего сарказма! Тоха Слащев, мне ли не знать, после первого раунда ляжет спать! Для тебя я слишком! Сложная, глубокая! Читаю Коэльо и Набокова! “Умничка девочка! Моя школа!” – промелькнуло где-то в голове, на пыльных полках истории нашей дружбы. Но новый статус “бывшего” отчаянно сопротивлялся услышанному. Народ ожидаемо улюлюкал и шумел, хохоча, но меня такой ерундой не смутить. Меня больше волнует скрытый смысл слов Саньки – мы слишком разные, нам не по пути. Взбесило это до глубины души. А кто ей пара? Базиль? Стас? Ярик? Да я своих женщин столько имен не помню, сколько от нее отгонял! Оберегал её как редчайший брилиант! А она забыла мгновенно и чувства, и дружбу. Годы стерла из памяти, не жалея. — Не гони, Саня, тебя трудно понять? Ты что, мысли Канта, твою мать? Все, что в тебе есть глубокого, связано непосредственно с глоткой! Ведешь себя со всеми, как королева! Видимо, поэтому бегаешь налево! Ты как вай-фай без пароля! Раздаешь всем без контроля! Мне, как самозанятому в сексе, втройне больно за то, что проклятие этой ведьмы тяжелой печатью придавило младшего. В то время как она бегает на свидание со всеми приматами Москвы без разбора! — Я стою без яиц тут, перед тобой! А значит, мы на равных ведем этот бой! Гонишь ты про кучу своих чик, мы их все отлично знаем, мой мальчик! Они такие ласковые и такие верные! Одну зовут правая, а вторую левая! – небрежно жестикулируя руками, припечатала меня Сашка по самому больному – безпросветному одиночеству в постели без нее. |