Книга Порочный бит, страница 66 – Алина Савельева

Моник была из таких. Вымуштрованная отрядом гувернеров и получившая отменное образование, эта девушка могла бы похвастаться не только безупречными манерами и умением поддержать любую беседу, но и острым мышлением. Однако именно его она тщательно прятала за маской наивности и некой странноватости.

Чтобы не мешать Тохе и самой не изводиться, глядя, как он подкатывает яйца к кучерявой болонке с родословной, я решила насладиться видами, простирающимися за пределами клуба.

Бесконечные простирающиеся луга с редкими островками деревьев дарили душе безмятежность и покой. Родившись в семье одного из самых уникальных людей планеты, я не могла не знать, что возомнивший себя верхушкой эволюции человек ничто по сравнению с непреодолимой мощью стихий. Как и не могла не научиться видеть то, что другие разучились. Вернулась к загону, только когда досыта впитала в себя эту безграничную энергию живой природы.

Месье Антуан Бертран уже ждал меня у ворот. Он уже снял редингот, оставаясь в белоснежной приталенной рубашке, идеально подчеркивающей размах его плеч и узкую талию. Брюки в облипку, высокие сапоги и этот его фирменный взгляд из-под сбившейся челки заставят колотиться любое женское сердце в порочном бите Токсика.

— Она милашка, – провожая взглядом изящную, словно миниатюрная балерина, девушку, поделился со мной Тоха. – Странная, но в этом есть что-то… сексуальное.

Не передать словами, как больно уколола эта простая фраза. Бертран не сказал ничего сверхъестественного, из-за чего нужно впадать в истерику, но в моих висках адски запульсировала именно она. Не так больно было бы похлопать в ладоши с ежом в руках. Мне хотелось выдрать все эти козьи кучеряшки и выцарапать лживые глаза Моник. Страшно представить, кого из меня делает эта больная любовь к принцу. Она не окрыляет меня и не делает лучше. Я превращаюсь в монстра.

— Вовсе нет. Она скрытая психопатка, – буркнула я, закрывая дверцы загона, собираясь сбежать в раздевалку.

Распузырившийся от ветра белый рукав рубашки мгновенно отсек мне путь. Моргнуть не успела, а перед глазами уже белый воротник и широкая шея с загорелой кожей и сводящим с ума ароматом терпкого запаха тела Тохи и тонких ноток его парфюма.

— Ревнуешь? – опалило горячим дыханием мою щеку.

— А по контракту обязана? – с усмешкой, скрывающей мои истинные чувства, уточнила я. – Прости, но за годы дружбы с тобой у меня это чувство атрофировалось.

Ложь сочилась из каждого произнесенного мною звука. Да, конечно, вереницы девушек, к чьим прелестям прилипали глаза Тохи, не могли не сформировать во мне некий защитный блок, но это было до… до того, как я узнала, что именно он им даёт. До того, как испытала сама это невероятное притяжение, всепоглощающее, дарящее такой полёт души и тела, что гравитация не в силах с ним справиться. Никакие законы физики больше не действительны, стоит только ему прикоснуться. Дальше только химия или, скорее, магия…

— Если вовремя не отпустить прошлое, оно задушит будущее, Санечка, – пронзил меня насквозь Бертран тем взглядом, что далеко не каждому доводиться увидеть.

Слишком серьезным для повесы Токсика, слишком цепким для едва вылупившегося бизнесмена и слишком печального для того, кто не строит планов на семейные отношения.