Книга Наследство испанской бабушки, страница 69 – Екатерина Серебрякова

— Спасибо, Николай. Будьте добры, принесите в сад чай с какими-нибудь закусками.

— Конечно, будет сделано. И, Софья Александровна, если дело дойдет до судебных разбирательств, вся прислуга будет готова дать показания против Себастьяна.

— Спасибо. Надеюсь, что обойдемся без суда, – тихо говорю я, подхватывая только что принесенную коробку.

— Да, само собой. У него не может быть веской причины, чтобы оспорить завещание.

До сих пор не заглянув ни в коробку, ни в концерт, я спускаюсь в сад. Бернард уже ждет меня на качели с папкой каких-то документов.

— Бабушка оставила мне посылку на день, когда я узнаю, что она не моя бабушка, – стараясь скрыть свое внутреннее состояние, я демонстрирую Бернарду коробку и конверт с письмом.

Мужчина помогает мне вскрыть фанерный ящик, пока я читаю послание, оставленное бабушкой.

— Дорогая Сонечка, мне хочется верить, что это письмо никогда не попадет в твои руки, но я понимаю, что злые языки обязательно сообщат тебе эту новость рано или поздно. Я лгала тебе все это время. Мы с тобой не родственницы и никогда ими не были. Мне была нужна внучка, поддержка, стимул жить. И ею стала ты. Прости свою бабушку за ложь, не гневи Бога. Знай, что я тебя очень и очень любила, дитя мое. А в коробке есть кое-что о твоей настоящей бабушке.

— Да, Антонина Гурьяновна немногословна…. – Бернард протягивает мне ящичек, в котором лежат фотографии, судя по всему, моей настоящей родственницы, бумага о месте и дате смерти, о захоронении. Еще там письма, написанные от руки, на имя Себастьяна. Я пробегаюсь глазами по этим сальным строчкам, в которых нет ничего обо мне, и выкидываю бумагу в сторону.

— Здесь написано, где она похоронена. Нужно будет съездить.

— Конечно. Обязательно, – вытирая грубым пальцем одинокую слезу, которая бежит по моей щеке, Бернард крепко прижимает меня к себе и шепчет на ухо, что все обязательно будет хорошо.

— Софья Александровна, – в саду показывается Николай, – к Вам какие-то мужчины. Впускать?

— Это, наверное, юристы, – сообщает Бернард и кивает дворецкому.

Скоро на тропинке, ведущей в сад, появляются двое мужчин преклонного возраста. На вид им чуть больше шестидесяти. Они одеты в хорошие костюмы, на их запястьях дорогие часы, а туфли, блестящие на солнце, выглядят на несколько тысяч долларов.

— Ты говорил, что юристы молодые. Да и какие-то они слишком солидные для простых юристов, – с сомнением произношу я, глядя на Бернарда. А тот почему-то резко бледнеет.

— А это и не юристы.

Я не успеваю сообразить, как мужчины подходят к нам. Один из них – лысый и толстый – протягивает Бернарду какие-то бумаги, а другой – очень солидный и статный – подходит ко мне.

Он осматривает меня с ног до головы, будто оценивая, потом тепло улыбается и, поцеловав тыльную сторону моей ладони, представляется.

— Софья Александровна, для меня большая честь познакомиться с Вами. Признаюсь честно, я и представить не мог, что Вы когда-нибудь обнаружитесь. Но, раз мы все сейчас здесь, представлюсь. Андрей Робертович Столонов. Бывший руководитель бизнеса, которым с недавних пор владеет Ваш сосед.

— О..очень приятно, – лепечу я, поглядывая на Бернарда, – позвольте я отлучусь с Бером на секундочку.

— Ох, это лишнее. Бернард не ответит на все Ваши вопросы. Предоставьте это мне.