Книга Наследство испанской бабушки, страница 70 – Екатерина Серебрякова

Столонов подает мне руку и помогает присесть на качели рядом с Бернардом. Мы оба смотрим на мужчин, раскрыв рты. Что за чертовщина тут происходит?

— Понимаете ли, господин О`Рурк действительно хотел пригласить юристов и решить возникший вопрос мирно. Но об этом маленьком недоразумении узнал я и позволил себе вмешаться. Знаете, в моем возрасте решать конфликты долго и мирно слишком большое удовольствие, поэтому мы с Эдуардом Вячеславовичем, – мужчина кивнул на своего лысого спутника, – разрешили все в рекордные сроки.

— Дворецкий жив? – спросил Бернард. Черт, он так спросил, как будто такие вопросы у них в порядке вещей! Жив он? Нет? А и ладно….

— Ну, насколько я знаю, у Софьи было двое дворецких в штабе…. Один из них определенно жив.

— А второй?

— Слушай, откуда мне знать?! Я, что, должен проверять пульс и дыхание каждого голодранца? Так вот…. Вопрос с Вашим наследством, Софья, решен. Вы владеете всем имеющимся на законном основании.

Бернард, сунув мне какие-то бумаги, согласно кивнул.

— Какого черта, Андрей Робертович? – спрашивает он, вскакивая с качели, – мы знакомы больше десятка лет, и за это время Вы не удосужились не то что приехать с визитом в Москву, Вы мне имени своего не говорили! А тут на вопрос о Сонечкином наследстве примчались быстрее, чем об этом узнали западные СМИ.

— Ну согласись, что знакомство с такой очаровательной особой куда приятнее, чем визит к тебе в гости. Я слишком стар, чтобы ездить ко всяким мужикам!

Мужчины еще некоторое время собачатся между собой, а я просто стараюсь уловить тоненькую нить происходящего. В голове какая-то каша, заправленная дурдомом, происходящим прямо на моих глазах.

Но стоило ли разбираться в том, что уже решено? Бабушкино состояние по праву принадлежит мне. С Себастьяном разберутся, в этом я уверена. Что еще для счастья нужно?

А для счастья мне было просто необходимо выяснить, кто же такой Андрей Робертович, откуда он знает обо мне и почему примчался сюда, как только узнал о проблемах с наследством.

— Так, прекратите ругаться! – говорю я в приказном тоне, вставая между мужчинами, – сейчас дружненько идем в беседку пить чай с печеньками и спокойно все обсуждать.

— Но, – хотел было возразить юрист.

— Никаких «но»! Чай и печеньки.

Уверенными шагами я направляюсь в сторону накрытого стола, а вслед слышу «Шикарная женщина!».

Юрист все-таки нашу компанию покинул, сославшись на срочные дела, а вот бывший босс Бернарда с удовольствием остался. Будто маленький ребенок, услышав о чае с печеньем, он позабыл обо всех перепалках и поспешил за мной.

За столом мужчин удалось угомонить. Андрей Робертович рассказывал мне о своей жизни, о работе с таким прекрасным напарником, об Испании. Я сказала, что уже наслышана о нем от Людмилы Шамаевой, на что мужчина только по-свойски хмыкнул.

В целом ситуация прояснилась. Бернард рассказывал о новой соседке своему боссу, вот он и решил нанести визит при первом удобном случае. А тут как раз совпало, что и случай удобный, и помог он.

Андрей Робертович ушел, но прощаться не стал. Мужчина планировал задержаться в Москве на некоторое время, чтобы повидаться со всеми старыми знакомыми. Так что обещал еще встретиться когда-нибудь.

— Не хочешь рассказать мне свою версию произошедшего? – интересуюсь я у Бернарда, когда поздним вечером мы сидим на лавке и смотрим на ночное небо.