Книга Скверная, страница 124 – Эмили Макинтайр

Сегодня природа разбушевалась.

Но она прекрасна, когда злится.

Я пытаюсь вспомнить, когда в последний раз попадала в грозу. Мне хочется понять, с какого момента гроза перестала быть для меня чем-то обыденным и превратилась в нечто, вызывающее во мне непреодолимое желание уединиться и найти утешение.

И внезапно я вспоминаю.

Теперь, когда папу посадили в тюрьму, все изменилось.

Мама стала еще злее, хотя, казалось бы, куда больше. Несса говорит, что ей тяжело быть матерью-одиночкой. Я возражаю, что она никогда по-настоящему не была матерью. Теперь она исчезает по четыре-пять раз в неделю, уверяя нас, что молится в соборе или ходит на свидания с нашим отцом в часы посещений. Но я-то вижу, как она возвращается домой с растрепанными волосами и перепачканными губами. А однажды вечером я наблюдала из окна, как какой-то незнакомый мужчина высадил ее из своей шикарной черной машины, и она чуть не отсосала ему, прежде чем зайти в парадную дверь.

Даже с Дороти она теперь ведет себя иначе.

И это привело лишь к тому, что Дороти стала еще сильнее требовать к себе ее внимания.

Несса хватает меня за руку и тащит на наше заднее крыльцо; воздух снаружи пугающе спокоен и тих, если не считать вспарывающего окружающее безмолвие громкого воя сирен.

– Я думала, что торнадо сопровождается ветром, – говорю я и крепче прижимаю к себе дневник, ощущая, как внутри появляются маленькие ростки паники.

Несса не отвечает, скорее всего, потому, что ей сейчас не до того. Она бросает мою руку, оборачивается к Дороти и стаскивает ее вниз по ступенькам. Затем мы все вместе бежим по лужайке к подземному убежищу, расположенному в пятидесяти футах от нашего дома, сразу за которым начинается лесная чаща.

– Боже, Эви, ты можешь хоть иногда не говоришь глупостей? – возмущается Дороти, бросая на меня свирепый взгляд.

– Заткнитесь обе, – огрызается Несса.

На Нессе темно-синие джинсы, и когда она поднимается, открыв тяжелую дверь подвала, я вижу грязь, копоть и капли крови, сочащиеся из рваных дыр на коленях.

Меня не отпускает чувство вины. Наверное, мне следовало помочь.

Несса отчаянно машет рукой, ее каштановые волосы взметаются в воздух, когда ветер начинает усиливаться, и жуткая тишина в одно мгновение сменяется неистовым ревом. Я спускаюсь под землю первой, скользя ногами по узкой металлической лестнице. Здесь пахнет затхлостью и сыростью, а тусклый свет, заливающий небольшое пространство теплым желтым сиянием, регулируется с помощью специального шнура.

Я ломаю голову, пытаясь вспомнить, когда была здесь в последний раз. В моих воспоминаниях это место выглядело гораздо больше.

Я добираюсь до угла и прижимаюсь к бетонной стене, дрожа от холода. Закрыв уши ладонями, я пытаюсь заглушить шум ветра, который хлещет землю над нами и становится все сильнее.

Несса снова переругивается с Дороти, но из-за шума ничего не слышно.

Я вижу, как Несса протягивает руку и крепко хватает Дороти, почти подталкивая ее к лестнице.

– Клянусь богом, Дороти, если ты сейчас же не спрячешь свою тощую задницу в убежище, я сама тебя убью.

– Я никуда не полезу, пока не найду ее! – доносится до меня громкий возглас Дороти из открытого люка. В ее голосе слышна паника, и со своего места я вижу, как ее ноги спотыкаются на ступеньках.