Книга На крючке, страница 99 – Эмили Макинтайр

Внезапно раздается звук телефона, и, хотя мне так хочется проигнорировать этот мир и оставаться в окружении Венди, я достаю его из кармана и вижу на экране имя Старки.

— Говори.

— Привет, босс. Найдется сегодня время для встречи? У нас интервью – думаю, тебе будет интересно присутствовать.

Внутренности съеживаются: мое внимание покидает Венди и сосредотачивается на повседневных проблемах. Интервью означают только одно. Что-то произошло, и они взяли людей, которых нужно допросить.

— Отлично. Где их держат?

— В Лагуне.

Я выдыхаю, кладу трубку, стучу телефоном по подбородку, глядя на Венди и не зная, что с ней делать дальше. Я могу оставить ее на яхте, но Сми уже дал понять, что он не в состоянии за ней присматривать.

И хотя я больше не желаю использовать ее для гнусных дел, оставлять ее одну и рисковать ее побегом тоже не хочется. Впрочем, это и неважно. Несмотря на ее сарказм и поведение, она не сняла ожерелье с шеи. И пока она его носит, я найду ее где угодно.

Но если она убежит, то я потеряю ее навсегда. А я только сейчас понял, что она – это то, что я хочу сохранить.

— Как ты выбралась из спальни? – спрашиваю я.

— Что ты имеешь в виду? – она запускает пальцы в спутанные волосы.

— То, что и сказал. Дверь была заперта, как ты ушла?

— Дверь не была заперта, – она медленно качает головой.

— Да. Была, – у меня напрягается грудь.

— Ну, когда я ее открывала, она была не заперта, – Венди поднимает плечо.

Беспокойство мечется у меня в желудке, как акула, кружащая над своей добычей.

— Ты врешь?

— Какой смысл мне врать?

— Вообще-то, я могу назвать несколько причин, – я вскидываю бровь. – Вряд ли меня можно назвать твоим самым любимым человеком.

— Ты не мой любимый человек, – ее глаза сужаются. – Вернее, ты мой наименее любимый человек.

С усмешкой на лице я поднимаюсь на ноги и протягиваю руку, чтобы помочь ей встать. Она вкладывает пальцы в мою ладонь, позволяя мне поднять ее с дивана – я притягиваю ее к себе и обнимаю за талию, задирая хлопковую футболку.

Ее дыхание сбивается, когда я провожу ртом по ее губам.

— Что ж, ты выбрала довольно забавный способ заявлять о своей нелюбви, детка, – я отстраняюсь, с наслаждением наблюдая, как расширяются ее глаза. – Мне нужно выполнить одно дело, а поскольку тебе нельзя доверять, ты пойдешь со мной.

Она вздыхает.

— Хорошо. И что мне надеть? Вот это? – ее руки пробегают по упругой фигуре, демонстрируя мою одежду.

— Зрелище весьма возбуждающее, – я усмехаюсь.

Она хмыкает.

— Я попрошу Мойру встретить нас и принести что-нибудь из одежды, – я изучаю ее глазами, наслаждаясь переменой в ее чертах при упоминании имени Мойры. – У вас обеих примерно один размер.

Ее глаза мрачнеют, на лице появляется натянутая улыбка:

— И ты знаешь это, потому что у тебя «хорошая» память?

— Ревность тебе к лицу, – я прикасаюсь к ямочке на ее щеке. – Но, к сожалению, у нас нет на нее времени.

— Я не ревную, она мне просто не нравится, – Венди скрещивает руки.

Я ухмыляюсь, чувствую нотку восторга: может быть, Венди все-таки испытывает ко мне чувства, в которых не хочет признаваться. Может быть, я еще не все безвозвратно испортил?

У Лагуны, как и у большинства наших заведений, есть подвал. В основном мы используем его для хранения или временной передержки некоторых не совсем законных вещей.