Онлайн книга «Шрам»
|
— Тише, – отрезаю я, едва сдерживая улыбку, которая так и норовит расползтись по губам. Шейна хихикает: — Ты хотя бы сотри со своего лица это… свежеоттраханное выражение. Чуть не потеряв дар речи, я пихаю ее в плечо и позволяю улыбке наконец вырваться на свободу. — Следи за языком, Шейна! Господи, что случилось с моей подругой? Я никогда не слышала, чтобы ты так грубо разговаривала! Завязывая пояс, я оглядываюсь, сокрушаясь, что кровать в таком беспорядке. — Не волнуйся, – шепчет она. – Я все сделаю. Облегченный вздох снимает напряжение с моих плеч. Я беру ее за предплечье: — Мы можем провести вечер вдвоем? В груди расцветает надежда: мне хочется почувствовать хоть какое-то подобие нормальной жизни, ведь до приезда в Саксум и начала этого долгого, мучительного пути у меня ее не было. Ее глаза закрываются, и Шейна отводит взгляд: — Конечно. Из-за отсутствия энтузиазма в ее тоне улыбка исчезает с моего лица. — Если ты занята… — Для вас, миледи? Никогда, – смеется она, сжимая мою руку. – Ванна, наверное, уже готова. Я наблюдаю, как Шейна подходит к моей кровати и снимает простыни. Беспокойство витает в воздухе, окутывает меня, как одеяло, и не покидает до конца утра, пока затягивается корсет, укладываются волосы, а на щеки наносится свежий румянец. Единственное, что отвлекает меня, – это вечерняя встреча с Полом на пути в столовую. Сердце замирает в груди от одного его вида: — Пол. Я останавливаюсь посреди тускло освещенного зала. Марисоль, которая решила, что это ее обязанность – сопровождать меня сюда, останавливается позади. — Миледи, – вклинивается она. – У нас нет… Я поворачиваюсь. Глаза мои сужаются, челюсть сжимается. — Марисоль, столовая вон там, – я указываю на двери в конце коридора. – Ты была отличной сторожевой собакой, и я ценю, что ты привела меня сюда. Но ты свободна. Пол едва заметно улыбается, хотя скрыть печаль, наполняющую его глаза, у него не получается. — Иди, – шиплю я. Но Марисоль не двигается. — Вы не можете оставаться наедине с мужчиной, миледи, – хмыкает она. – Это неприлично. — Это не твои заботы, Марисоль. – Я делаю шаг ближе – она напрягает плечи. – Мне надоело, что ты всегда споришь со мной. Я понимаю, что тебе хочется быть главной, и я уважаю твое стремление, но позволь мне любезно напомнить тебе, что мной ты командовать никогда не будешь. Раздосадованная, она опускается в реверансе, а потом уходит по коридору, скорее всего, чтобы настучать на меня как на ребенка. Наконец, я поворачиваюсь к Полу – у меня сжимается сердце при виде глубоких хмурых морщин: — Пол, ты… Он качает головой, сморщив нос и опустив глаза в пол. — Его даже не собираются похоронить должным образом. – Зубы его скрипят, глаза наливаются гневом. – Вы можете в это поверить? — Что? – Изумленная, я прижимаю руку к груди. – Они должны… Он королевский гвардеец. Заметив, что на его нижних веках скапливаются слезы, я подхожу ближе и крепко беру его руки в свои. — Пол. – Эмоции забивают горло. – Мне так жаль, это была моя вина, и я… — Не переживайте, миледи. – Он высвобождает одну из рук и приподнимает мой подбородок. – Он погиб, выполняя свой долг. И сделал это по своему желанию. Я вздыхаю с неверием, закатываю глаза, чтобы остановить слезы: — Какое у него было желание? Стать мучеником? |