Книга Ранчо горячих свиданий, страница 112 – Лайла Сэйдж

Я ощутила, что заливаюсь румянцем. Боже правый! Ада Харт, ну-ка возьми себя в руки и надень деловое лицо!

Передернула плечами, подпрыгнула несколько раз – не помогло.

Все вокруг воспринималось как-то странно, словно я стою на краю обрыва, готовая прыгнуть в неизвестность. То же чувство я испытывала три месяца назад, впервые переступив порог Небесного дома.

И еще раньше – в баре, когда в первый раз увидела Уэста. Только тогда не поняла, что со мной.

Внешность моя с приезда в Вайоминг почти не изменилась. Волосы немного отросли, на носу и на щеках выступило несколько веснушек – здесь я чаще бывала на солнце.

Никаких заметных изменений, ничего такого, во что можно пальцем ткнуть. И все же я выглядела совсем по-другому. Спокойнее и счастливее.

Три месяца я провела за любимым делом – и теперь старалась уверить себя, что это единственная причина. Ведь любимой работой можно заниматься где угодно. И если поверю, что выгляжу (да и чувствую себя) счастливее только из-за работы, мне будет намного проще отправиться в Таксон.

К чему мне все эти треклятые чувства? Насколько проще было бы без них! И хватит уже вести утомительные диалоги с собственным отражением!

Я развернулась и пошла прочь от зеркала, не желая продолжать этот сеанс самопсихоанализа.

Но и в спальне навязчивые мысли не оставляли в покое. Начать с того, что эту комнату едва ли можно называть «моей спальней». Когда я вообще в последний раз здесь спала?

От мысли о том, чтобы вновь спать одной, мне стало грустно. Уэст такой теплый – и никогда не сердится, если я во сне закидываю на него ледяную ногу…

Так, все, хватит об Уэсте!

Я натянула джинсы и простую черную футболку. Одно о Вайоминге могу сказать точно: нигде больше я не встречалась с такими резкими переменами погоды. Иной раз, кажется, здесь за один день сменяются все четыре сезона! Когда я приехала, во многих местах еще лежал снег – но теперь от него не осталось и следа, все вокруг в зелени и в цвету.

Хотелось бы знать, какова в Вайоминге осень?

Если все получится, осень я проведу в Аризоне – буду превращать в конфетку милый старый мотель. От этой мысли следовало бы расправить плечи – но ничего подобного, мои плечи заметно поникли. С каких пор меня перестали радовать милые старые мотели?

С тех самых пор, как встретила Уэстона Родса Райдера.

Свои чувства ко мне Уэст высказывал предельно ясно; но сейчас, когда я об этом задумалась, у меня заколотилось сердце.

Неприятно заколотилось.

Разом всплыли все его слова – и «расстояние не важно», и «я буду тебя ждать», и как он называл меня луной. От всего этого голова пошла кругом.

И почему в такой неподходящий момент?!

Мой мозг перебирал эти слова – и искажал их, превращал во что-то иное. В то, что я уже слышала. От другого мужчины.

От того, с кем приняла жажду власти за заботу, а зависимость за любовь.

Ложное, несправедливое сравнение: но оно металось у меня в мозгу, словно бильярдный шар, с грохотом ударялось о стенки черепа, отскакивало – и я не могла его остановить. А вдруг в нем есть и правда? Все произошло слишком быстро, я не могла отделить правду от лжи.

Неужели я выпуталась из полной зависимости от одного мужчины лишь для того, чтобы тут же попасть в такую же зависимость от другого? Вырвалась из капкана лишь для того, чтобы угодить в новый?