Книга Все еще впереди, страница 143 – Мариана Запата

— Ненавижу вшей!

— Лу, а ты хоть знаешь, что делают вши? – поинтересовалась я.

Тишина.

Я усмехнулась, несмотря на то, что радоваться тут было нечему. Вот и хорошо, что не знает.

— Ладно, кто из вас надевал чужую бейсболку?

— На прошлой неделе я надевал толстовку Джейса, – простонал Джош.

Мелкий паршивец! Мы ведь не раз после этого сидели, обнявшись, на диване или обнимались, соприкасаясь головами. Луи дважды спал в моей постели, на моей подушке. И с Джошем один раз тоже.

— Прости, – выпалил Джош.

— Ничего, Джей, бывает.

Надеюсь, больше это не повторится, даже если Джош и не перестанет общаться с источником заразы.

— Как-то на море многие подхватили вшей, – тут же сказал Даллас. – Никогда еще не видел, чтобы такое количество взрослых плакали, Джош. Мы справимся, не переживай.

Ну почему он такой хороший? Почему?

— Ты служил в армии? – спросил Джош.

— На флоте.

Джош хмыкнул:

— А почему я об этом не знал?

— Понятия не имею, – усмехнулся Даллас.

— Как долго?

— Двадцать один год, – безмятежно ответил сосед.

— А-а, – протянул ребенок, которому в силу собственного возраста трудно было оценить срок в двадцать лет. Ну еще бы. Племяннику осталось по меньшей мере семь лет до того, когда жизнь начнет сшибать его с ног, точно кеглю в боулинге.

— А сколько тебе лет?

— Господи, Джош! – засмеялась я.

Даллас тоже.

— А ты как думаешь?

— Tia Ди, сколько тебе лет? Тридцать пять? – спросил Джош.

Я поперхнулась:

— Двадцать девять, дурашка.

Судя по всему, Джош просто так пошутил – с заднего сиденья донесся его смех. Даже не поворачиваясь, я знала, что Луи сейчас тоже смеется.

— Предатель, – заявила я младшему. – Я тебе это еще припомню. Только попроси у меня что-нибудь!

— Мистер Даллас, а вам… пятьдесят? – предположил Луи.

Господи. Я закрыла глаза ладонью. Эти дети кого угодно засмущают.

— Ну спасибо, Луи, – усмехнулся Даллас. – Нет, мне не пятьдесят.

— Пятьдесят пять?

Даллас фыркнул:

— Нет.

— Сорок?

— Сорок один.

Так и знала!

— А сколько лет дедушке? – спросил Луи.

Едва я ответила, что дедушке Ларсену семьдесят один год, как Даллас повернул к моему дому. Только мы вышли из машины, как сосед скомандовал:

— Вы, трое, идите в душ, а я соберу постельное белье. – Он взял хлорку.

— Уверен? – На его месте я вряд ли чувствовала бы себя спокойно в доме, где полно завшивевших людей.

Даллас кивнул на дом:

— Да. Идите. Я возьму кое-что у себя дома и вернусь.

Ведя мальчиков в их ванную, я даже не подумала о том, что Даллас увидит в моей спальне свисающий с дверной ручки лифчик.

Я закрыла дверь – мы втроем едва поместились в ванной – и хлопнула в ладоши.

— Я нанесу это средство вам на голову, и через десять минут можно будет принимать душ. Так что раздевайтесь, грязные обезьянки.

— Но я же только вчера мылся, – заныл Луи.

— Извращенка! – крикнул его брат.

Господь, помоги мне!

* * *

Лишь в три утра мы покончили с душем и вычесыванием вшей.

Не счесть, сколько раз с самого рождения мальчиков, а особенно с того времени, как они окончательно переехали ко мне, мне приходилось подтирать им зад, убирать с пола мочу и стирать их трусы. Я уже морально готовилась к тому дню, когда Джош начнет смущенно прятать от меня простыни, трусы и носки. Я даже начала записывать то, что мне нужно будет ему рассказать о его развивающемся теле. Однажды мне даже придется пережить тот факт, что я скажу в его присутствии слово «пенис».