Книга Брак по расчету, страница 44 – Фелиция Кингсли

— Мама, когда ты доберешься до таяния полярных льдов и дыр в озоновом слое, Давенпорты уже уйдут, – остужает ее пыл Эшфорд.

Нечто общее у нас все же есть: отношение к Дельфине.

Я наблюдаю за этой интермедией матери и сына, пока Эшфорд не складывает газету и не обращается ко мне своим обычным резким тоном:

— Когда мы пойдем туда, говорить с Давенпортами буду я. Ты только поздороваешься, а я позабочусь обо всем остальном.

— Отлично, запишу себе в список дел, на которые мне наплевать, – с фальшивой улыбочкой отвечаю я.

— Рано или поздно, Джемма, до тебя дойдет. Давенпорты лишь первые из длинной очереди тех, кто под предлогом краткого неформального визита будут стучаться к нам в двери посмотреть на счастливых молодоженов. Давенпорты – друзья нашей семьи уже много лет, и потом, поверь, лучше, если ты познакомишься с нашим кругом вот так, постепенно, а не на большом приеме, где помимо них тебе придется встретиться с еще двумя сотнями незнакомцев.

— Эшфорд, мы договорились, что я буду жить своей жизнью.

— Мы договорились создать правдоподобную картинку супружеской жизни. И я вынужден настаивать, чтобы ты больше не упоминала эту историю. Повсюду всегда есть уши.

— Я чувствую себя заложницей.

— Не изображай из себя жертву.

— Если ты так хочешь, чтобы я играла роль счастливой жены, мог бы хотя бы на людях обращаться со мной без этого твоего высокомерия и, по крайней мере, не как со слабоумной.

— Я не обращаюсь с тобой как со слабоумной, – возражает Эшфорд, потягивая кофе.

— Ах, значит, нет? Ты говоришь со мной, только чтобы раскритиковать, унизить или отдать приказ, как собаке.

— А ты – только чтобы съязвить или поспорить. Ты бы очень упростила всю ситуацию, если бы просто делала то, что я тебе говорю, без лишних возражений.

— Лишних возра… Хорошо, что ж, не думала, что придется сделать это так скоро, но я вынуждена сыграть эту карту. – Закатываю рукава, чтобы придать больше важности следующей фразе: – Эшфорд, должна тебе напомнить, что это моиденьги покрыли твоидолги, возможно, я заслуживаю хотя бы минимального уважения.

Он поднимается, стряхивая воображаемые крошки со своего голубого кашемирового свитера.

— Твоиденьги связаны с моимтитулом, так что, если ты на данный момент закончила разыгрывать драму, можем идти. Если не доведешь Давенпортов до инфаркта, буду тебе благодарен. – И он выходит из столовой, не дожидаясь меня.

В гостиной, или, точнее, малой гостиной, как ее называют аристократы (целая комната, предназначенная только для встреч с близкими друзьями, целая комната, просто чтобы поговорить, представляете?), Дельфина уже устроила театр одного актера, развлекая гостей в роли любящей матери.

— И вот уже когда я смирилась с тем, что он останется холостяком и будет просто болтаться по дому, он меня удивил! Эшфорд вошел в Денби под руку со своей женой, улыбаясь, точно ребенок в рождественское утро! Должна признаться… Я уже какое-то время замечала в нем перемены. Он часто ездил в Лондон без явных поводов, возвращался когда ему вздумается, всегда с таким таинственным и мечтательным видом. От матери такое не утаишь, и я почувствовала, что здесь не обошлось без девушки, но про свадьбу я и подумать не могла. Она такая необычная личность. Человек искусства, так занята в театре! Там все плакали, узнав, что Эшфорд увезет ее от них!