Книга Брак по расчету, страница 160 – Фелиция Кингсли

Возвращаясь на такси в отель, в котором я остановилась на некоторое время, я решаю заехать в «Годиву» и нырнуть в коробку с шоколадными трюфелями. Может, даже воспользуюсь услугой «обслуживание в номера». В «Мандарине» я взяла номер люкс с видом на Гайд-парк и балконом, а с также джакузи и огромным телевизором.

Если повезет, найду какой-нибудь душещипательный фильм вроде «Страницы нашей жизни» или «Истории любви». Идеально: шоколад, слезы, фильм о любви. Триада предменструального синдрома.

Секундочку! Почему я ничего не отметила в дневнике?

В прошлом месяце менструации не было.

Это невозможно! Как я могла забыть?

Вот аптека! Я останавливаю такси.

Ее невозможно найти. Кажется, она растворилась в тумане. Я звонил ей тысячу раз, но она не отвечает. «Пользователь не существует», – сообщает мне механический голос. Она, наверное, сменила номер.

Дерек об этом ничего не знает, как и не знает, где Джемма. Он видел ее только на прошлой неделе.

Она приезжала подписывать документы о разводе.

Когда сегодня Дерек приехал в Денби и завез мне документы, я не мог поверить своим глазам.

Я искал родителей Джеммы на ферме в Дербишире – поехал туда, но не застал.

Наивные ребята, встретившие меня, сообщили, что Карли с Вансом быстро собрались и уехали к дочери, но телефона у них не было.

Не хочу никого видеть. Даже Харринга.

Он звонил мне по телефону, но я был краток.

Хаз, который особой дипломатичностью не отличался, прислал мне в качестве утешения ящик арманьяка.

Хотя не совсем так. Он даже приезжал пару раз в Денби, но у меня не было настроения, и, пока он пытался развлечь меня необычайными историями о своих последних гонках, я остекленевшим взглядом смотрел в потолок.

Я превратился в призрака самого себя. С трудом брожу из комнаты в комнату, пытаясь снова ощутить ее присутствие.

После ее отъезда я пошел в ее комнату, убрал ключ от двери в коридор, а тот, что от смежной комнаты, оставил себе. Иногда, заходя, я представляю ее там, где видел много раз, – на кровати, в окружении журналов. Но она ушла, и в комнате не осталось даже запаха ее духов.

Я бы хотел ее найти, заставить выслушать мою версию, заставить ее рассуждать логически, но потом думаю, что должен уважать ее выбор и отпустить. У меня больше нет никаких прав – если вообще были когда-то.

У зимы лишь один цвет: серый.

Вокруг уныло, краски приглушены туманом и дождем, и даже запахи серые.

Сидя у окна, я провожаю пальцем капли дождя, стекающие по окну.

Не знаю, сколько я уже здесь. Если бы не мама, которая входит с подносом с едой, я бы и вовсе не замечала течения времени.

— Ну же, Джемма, хоть что-то тебе нужно съесть.

— Мам, мне не хочется, – говорю я, отодвигая миску с киноа.

— Не можешь же ты сидеть голодной. Если хочешь сохранить беременность, надо вести себя ответственно.

Обхватываю руками живот, который уже начал немного округляться.

— Я даже не знаю, правильно ли я поступаю.

— У меня нет верного ответа. Тебе придется понять это самой, но, если спросишь меня, мысль стать бабушкой мне нравится до безумия! И твоему папе тоже.

— Я одна.

— Не одна. – Мама гладит меня по волосам. – Мы с тобой.

Я сделала три теста на беременность, и все они дали один и тот же результат: положительный.

И мне даже в голову не пришло прервать беременность.