Книга Девушка из другой эпохи, страница 86 – Фелиция Кингсли

Экипаж везет нас в Сити, мы с Ридом сидим друг напротив друга.

— Любопытно узнать, что вы придумали на этот раз, чтобы улизнуть из дома незамеченной, – произносит Ридлан.

— Вообще-то, ничего. У меня и так была причина закрыться у себя и отдыхать: вчера днем ваш брат Чарльз пригласил меня покататься по Гайд-парку, и мне стало нехорошо.

— Вы упали в обморок?

— Это выглядело бы приличнее и даже очаровательно. Я несколько раз просила остановить лошадей и дать мне сойти, но он упорно слышал только себя, так что меня стошнило сэндвичами миссис Брай прямо перед ним.

— Вас укачивает в экипажах? – с искренним интересом спрашивает он.

— Да. От всех этих шатаний и подпрыгиваний меня мутит, особенно если ехать медленно.

— И сейчас?

— Не так сильно, как вчера, но да, и сейчас тоже.

Ридлан наклоняется вперед, протягивая мне раскрытые ладони:

— Дайте руки.

— Зачем?

— Хочу кое-что проверить.

Делаю, как он сказал, и Ридлан поднимает мои руки вверх, открывая запястья, сжимает их, надавливая большим пальцем.

Мы оба без перчаток, и кожа снова прикасается к коже. Тепло его прикосновений меня успокаивает.

— Вам больно? – спрашивает он.

— Нет.

— Дышите на счет, но не грудью, а животом. Пять секунд на вдох, пять секунд на выдох, – объясняет он. И продолжает надавливать, кончиками пальцев рисуя небольшие круги, точно делает массаж. – Ну как?

— Лучше.

Его губы вздрагивают в едва заметной улыбке.

— Хорошо, – кивает он. – Хочу выразить свое восхищение вашей сообразительностью – из всех способов оттолкнуть моего брата вы выбрали тот, который мне даже в голову не приходил.

— В любом случае не думаю, что это сработало. Он пригласил меня с семьей в Уиндэм-холл на время дерби в Аскоте.

Этой новостью я застаю Ридлана врасплох:

— В самом деле?

— Хочет представить меня своей матери.

— Нашей, – поправляет меня он. – Нашей матери.

— Прошу прощения, я неудачно выбрала слово. Но в свое оправдание признаю, что крайне сложно принять тот факт, что между вами существует кровное родство. Вы кажетесь такими разными.

— Мы и есть разные, – почти раздраженно замечает он.

— Это был комплимент, Ридлан.

— С моей стороны тоже.

— Кому? – озадаченно переспрашиваю я.

— Вам. Когда раньше в доме я сказал, что вы никогда не сможете сойти за мужчину.

— Не очень понятно, – замечаю я.

— А я и не планировал, – возражает он. – Ну что, вас еще укачивает?

— Больше нет. Где вы этому научились? – спрашиваю я.

— Обещаете не смеяться?

— Разумеется… нет.

— Тогда все. – И он выпускает мои запястья.

— Ладно, ладно, не буду смеяться.

— Когда я поступил на службу во флот, меня мучила морская болезнь. – Ридлан возобновляет массаж, и я снова чувствую облегчение. Благодаря этой точке соприкосновения мы будто перестаем существовать для всего мира, находясь в собственном шарике. – Первые три дня на борту меня только тошнило, я весь позеленел. Потом Азмаль надо мной сжалился и научил этому трюку.

— Вы так давно знакомы? – удивляюсь я.

— Мы выросли вместе. Он был подмастерьем бортового врача, затем стал учеником.

— Почему у меня такое чувство, что Азмаль – гораздо больше, чем ваш личный врач?

Ридлан смотрит на меня, покачав головой:

— Потому что так и есть, но больше сказать я ничего не могу.

— И ваша экономка, Сунь-И, тоже не кажется мне просто экономкой.