Книга Девушка из другой эпохи, страница 57 – Фелиция Кингсли

— Должно быть, прошел слух о претендентах на твою руку, – предполагает тетя.

— Ну конечно, – соглашается леди Сефтон. – Чем больше поклонников, тем быстрее они прибавляются. Мужчины как овцы, передвигаются стадами.

— О, так Чарльз Резерфорд всего лишь пошел пастись туда, куда и большинство, – замечаю я. – Какой дух первопроходца и независимое мышление!

— Джентльмен его уровня должен быть практичен. Ни одна девушка не может похвастаться таким приданым, как у тебя, кроме, разве что, Аузонии, но для Резерфорда пара лишних монет роли не сыграют. Ты гораздо изящнее, и твоя фамилия известнее, чем у нее. – Слова леди Сефтон отнюдь не успокаивают. Звучит как список покупок.

— Не говоря уже о собственности, которую тебе оставили твои родители! – добавляет тетя.

И хотя все считают нормальным то, что ценность женщины пропорциональна ее приданому, грации и значимости ее фамилии, я все еще не могу привыкнуть к такому образу мысли. Еще и потому, что по таким критериям я-из-будущего, из неизвестной семьи и без гроша в кармане, была бы просто сором под их ногами.

— Немного пройдусь, – объявляю я, заметив, как Бойл выбирается из своего куста, все еще не убрав руку из штанов.

Руку, которую он тут же протягивает мне, как только видит, что я встаю.

— Я справлюсь сама, – отказываюсь я. – У меня тоже есть свои потребности.

В данный момент это неправда, но зато прекрасное обоснование, чтобы скрыться от чужих глаз.

Дохожу до гущи деревьев, затеняющих берег озера Серпентайн, и, запахнув поплотнее шаль, прохожу немного вдоль озера, где мама-лебедь плавает вместе со своими птенцами.

— А вы всегда на праздниках веселитесь от души, да, Ребекка? – В зеркале воды появляется дрожащее отражение Ридлана Нокса на коне.

— А вы никак не избавитесь от скверной привычки появляться у меня за спиной, – откликаюсь я.

— Вы не сообщили мне об этом веселом собрании, когда были у меня вчера вечером, – указывает он. – Мы договаривались об ином – или я заблуждаюсь?

— Было уже слишком поздно, чтобы вас могли пригласить, – защищаюсь я.

Ридлан спрыгивает с коня и привязывает его к дереву.

— Какая досада, а я хотел поделиться с вами некоторыми размышлениями о деле Эмили.

— И что же вам мешает? Рассказывайте, – тороплю его я.

— В обмен я хочу приглашение в «Олмак» на следующую среду и на все последующие балы, доступ в почетную ложу на дерби в Эпсоме и приглашение на первый вечер сезона в Воксхолл-Гарденз^[26].

— И еще блюдо пирожных, да? – подкалываю его я.

— Не отказался бы, если у вас есть.

— Мне придется придумать стоящие причины, но вы получите приглашения. А теперь поговорим об Эмили.

Ридлан внимательно оглядывается по сторонам:

— Лучше если мы не будем так бросаться в глаза. – Решительно ухватив меня за локоть, он утягивает меня под крону плакучей ивы, такой густой, что ветви касаются земли.

— Нокс, что за манеры! – не ожидавшая такого сильного рывка, восклицаю я.

— Я же говорил, зовите меня Ридом.

— Мне еще нужно привыкнуть, – возражаю я. – С чего начнем в деле Эмили?

— Я заметил, что доктор Купер часто бывает у вас дома.

— Делает дяде зубы. Он их все потерял, а доктор Купер занимается протезами.

— И когда он снова придет?

— В понедельник днем.

— Хорошо.

— Почему хорошо? Что вы хотите сделать?