Книга Тайный сад в Париже, страница 72 – Софи Бомон

За полминуты до восьми Шарлотта переключила телефон на радио, и все замолчали, услышав, как интеллигентный медовый голос Жиля Овера приветствует слушателей и читает отзывы о предыдущих эпизодах. Шарлотта вряд ли что-то из этого слышала, слишком она сейчас нервничала.

Секунды тянулись мучительно медленно, и наконец Овер объявил:

— А сейчас я очень рад представить вам нашу особенную гостью, эксперта по ландшафтному дизайну. В ее работе лучшее из французской и английской школ устройства садов, традиции обеих стран соединяются с воображением автора. Я с этой дамой знаком уже бог знает сколько времени – с тех пор, как был тележурналистом и работал в передаче, посвященной садам и паркам, – и знаю, как высоко ценят ее работу. Но еще я знаю, что вопреки всем этим восхвалениям в ней не заметно даже тени высокомерия. Горячо приветствуем Шарлотту Мариньи, парижанку по рождению, но жительницу Лондона! Видеть ее в моей передаче – это истинная радость!

— А для меня радость – быть здесь, Жиль. Огромное тебе спасибо, что ты меня пригласил.

Шарлотта нервничала. Они с Жилем говорили довольно долго, и она только смутно помнила все, что было сказано. А вдруг там было что-то такое, что неприятно поразит ее детей?

Но волноваться ей было незачем. Овер был умелым интервьюером. Он задал ей целую серию вопросов, которые давали ей возможность раскрыть конкретные темы – например, идеи и источники вдохновения. Однако он не забывал между делом затрагивать и прочие темы, в частности комментарии о работе других. Он задал и несколько личных вопросов – попросил вспомнить, как она выбрала такую работу. Все началось со стажировки в Затерянных Садах Хелигана в Корнуолле, где у нее зародилась идея открыть собственный бизнес. А еще она познакомилась там с Томом – его родители жили неподалеку. Когда она об этом говорила, у нее даже голос не дрогнул, но сейчас, слушая собственные слова, она почувствовала, как к горлу подкатил ком. Элиза тайком взяла ее руку и пожала.

Потом интервью перешло к другим темам: к трудностям, которые пришлось преодолевать вначале, к первым созданным Шарлоттой проектам – в том числе саду Жюльет. Сейчас ей казалось, что голос у нее звучит как-то неуверенно. Но после окончания передачи дети сказали, что она говорила тепло, увлекательно, достаточно гладко, чтобы было легко воспринимать, но при этом не слишком гладко – ее речь не казалась фальшивой или неискренней.

— На самом деле, мам, – сказал Тео, – ты говоришь так, будто все это легко и каждому под силу. Но любой твой слушатель был бы готов тут же на месте нанять тебя для переделки своего сада!

— Сто процентов, – подтвердил Джейми. – Слушай, мам, я тебя прямо сейчас найму, чтобы ты превратила наш жуткий клочок растресканного бетона с бурьяном в Эдемский сад!

— Придется тогда запаковать в чехол с инструментами волшебную палочку, – ответила Шарлотта, и все засмеялись. Тот жуткий бетон за домом, который снимал Джейми еще с тремя студентами, трудно было бы назвать не то что садом – даже задним двором.

Они еще довольно долго болтали, а когда закончили, Шарлотта вдруг почувствовала, что совсем выдохлась – словно адреналин в организме сработался весь. Элиза увидела это и встала убрать со стола, но сначала крепко обняла мать: