Книга Тайный сад в Париже, страница 45 – Софи Бомон

Ариэль страшно расстроила собственная ненамеренная грубость по отношению к чудесным покупательницам, но стоило ей перевести взгляд на быстро приближающуюся пару, все ее тревоги нахлынули на нее вновь.

— Виржини, Тьерри! – сказала она, растягивая губы в улыбке. – Какой сюрприз!

— Полина сказала нам, что ты здесь, – объяснила Виржини тоном прокурора, – а твой коллега, – она мотнула головой в сторону Велла, – сказал, что ты взяла детей с собой на рынок.

«Не сомневаюсь, что сказал», – подумала она мрачно, вслух же ответила:

— Им здесь нравится.

— Гм… да… но мы подумали, что могли бы сегодня провести день с детьми и с тобой, – предложил Тьерри с осторожной улыбкой.

Ариэль уставилась на него. Как он вообще может думать, что она будет рада провести с ними день после того, что они ей предлагали?

Дети, услышав голоса бабушки с дедушкой, быстро спрятались опять в глубине магазина. Но ястребиные глаза Виржини их заметили, и она явно готова была брать прилавок приступом, чтобы вытащить их наружу. Тем временем туристы, направлявшиеся к магазину, наконец до него дошли и уже толпились вокруг, восклицали и задавали вопросы. Чете Грандье пришлось отступить. Как только место освободилось, они тут же вернулись, но дети снова скрылись в кладовой. Ариэль начала собирать букет для Шарлотты и Элизы, и это помогло ей сохранить спокойствие, когда Виржини раскрыла рот и сказала:

— Ты больше не думала над тем, что мы тогда обсуждали?

Ариэль очень старалась, чтобы голос у нее звучал ровно:

— Мне не показалось, что это было обсуждение.

На щеках у Виржини запылали красные пятна, глаза сделались колючими. Заметно сдерживаясь, она сказала:

— Как хорошая мать, ты понимаешь, конечно, что не можешь обеспечить детям адекватный уровень жизни? Жалованье у тебя маленькое, ты вынуждена жить у сестры…

— Я живу у сестры по собственному выбору, – отрезала Ариэль, собирая букет и пытаясь сосредоточиться на красоте цветов, а не на словах Виржини.

— И у тебя нет ни родителей, которые могли бы тебе помочь, – напирала Виржини, – ни шансов на карьерный рост, поэтому следовало бы…

— Мы просто хотим облегчить тебе жизнь, Ариэль, – перебил ее Тьерри.

У Ариэль засосало под ложечкой. Отчего это совсем нет покупателей? Почему так быстро рассеялась толпа? Не хочет она оставаться наедине с этим двуглавым ужасом!

— Ты не можешь обеспечить им то, что им полагается, – не сдавалась Виржини. – То, что можем мы, что было у самого Людо.

Наконец Ариэль подняла голову и посмотрела свекрови прямо в глаза.

— У самого Людо, – повторила она едко. Слова, которых она никогда раньше не говорила, вырвались сами. – Да, у него было все – кроме самого важного на свете.

Она увидела, как побледнел Тьерри. Он был так потрясен, что Ариэль на миг даже пожалела о сказанных словах. Но тут Виржини совсем взъярилась:

— Да как ты смеешь? Ты, которая ничего и ни о чем не знаешь, и уж тем более о нашем сыне? О нашем сыне, которого ты настраивала против нас! Только не вышло у тебя ничего!

— Виржини! – попытался урезонить ее Тьерри, но она его не слышала.

— И ты на себя посмотри, Ариэль! – шипела Виржини. – Так грызешь себя за то, что проводишь с детьми мало времени, что даже таскаешь их с собой на работу в эту грязь, и одно лишь небо знает, какие тут ползают мерзкие твари. Что же это за мать такая, что так обращается с собственными детьми?