Книга Тайный сад в Париже, страница 102 – Софи Бомон

Время от времени Марк-Антуан вставлял замечание или наблюдение, но в основном молчал и внимательно слушал. Когда Эмма замолчала, он обнял ее за плечи.

— Теперь понимаю, почему Лиз никак не перестанет восторгаться твоей экскурсией! Ты взяла этот маленький клочок земли и создала из него целый мир.

Эмма сперва лишилась дара речи, сердце у нее лопалось от счастья и изумления. Слова как-то сами текли из нее, создавая пышный гобелен историй, которых она сама в себе не подозревала.

— Это само место такое, – ответила она. – У него свое, особое волшебство. – Эмма подняла глаза на Марка-Антуана и добавила уже другим тоном: – Может быть, стоит завтра устроить Матти сюрприз. Не вечеринку, а сделать что-то в саду в честь ее возвращения домой. Как ты думаешь?

— Я думаю, это будет идеально, – ответил он, и глаза его светились. – И начать предлагаю с твоей идеи насчет скамьи.

— А еще, наверное, надо поставить рядом столик.

— С шампанским, – уточнил он.

— И клубникой. И пирожными-макарунами – такими же, как те, что ты принес в день нашего знакомства.

И Эмма глянула на него лукаво.

— Неплохой план, – сказал Марк-Антуан, привлекая ее к себе, – а не хочешь еще кое-чем заняться, пока мы не уехали?

— Я понятия не имею, о чем вы говорите, мсье! – с достоинством сказала Эмма, но тут же испортила весь эффект, потянувшись к молнии его джинсов.

В самом конце дня, когда свет стал уходить, Шарлотта, не в силах ни на чем сосредоточиться и тщетно пытаясь подавить желание каждую секунду проверять телефон, оставила его на столе, вышла и окунулась в красоту сада Жюльет. Она стала ходить из одного конца сада в другой, стараясь все же взять себя в руки.

Этот сад, как и сад Алена, был тайным зеленым островком за высокими стенами, только чуть побольше. Казалось, что измеряется он не метрами, а километрами, отделяющими его от далеких, запруженных машинами улиц. Но Жюльет, в отличие от Алена, никогда не работала в саду сама: чтобы поддерживать его в подобающем состоянии, она всегда нанимала специалистов. Например, для ухода за большой шелковицей, прекрасным образчиком своего вида – как и все прочее в этом саду. Бродя по дорожкам, Шарлотта вспомнила, как много лет назад Жюльет именно ей доверила разбить этот сад. И получилось так хорошо, что тетя выставила свой сад на конкурс, не сообщив об этом племяннице. К полному ее, Шарлотты, изумлению, сад этот конкурс выиграл, отчего ее дело сразу пошло в гору. Счастливые были времена: все казалось таким новым, таким многообещающим, таким интересным…

И тут ей пришла в голову мысль: а сколько времени прошло с тех пор, как она была счастлива? Не в смысле отсутствия бед, а просто радовалась жизни?

И ответ пришел непрошеный, даже нежеланный, но в нем звучала правда: перед тем, как Том впал в депрессию и между ними все переменилось. Но началось это еще раньше, незаметно. Почему? Шарлотта толком не знала. Может быть, потому, что она достигла того, чего хотела (или думала, что хотела) в работе и теперь нужно было только поддерживать уже имеющееся, а не создавать новое? Исчез интерес, рождаемый трудностями и новизной? Или потому, что прошли суматошные годы совместного создания семьи и воспитания детей? Или же просто ему два года назад исполнилось пятьдесят и он никак не может к этому приспособиться? Или ничего из этого? Или все это вместе?