Книга Пока не закончатся звезды, страница 74 – Инма Рубиалес

В глубине души я был уверен, что ему меня не понять, и поэтому до сих пор ничего не рассказывал. Но Эван заслуживает объяснений. Весь вчерашний день он прикрывал меня перед Адамом, и я знаю, что смогу положиться на него, когда все рухнет. Он единственный мой друг, кому я полностью доверяю, поэтому я смотрю на него и говорю:

— Я так больше не могу.

Я жду, что Эван начнет возражать или попробует меня образумить, но вместо этого он просто кивает.

— Тогда давай сожжем мосты.

Мы приступаем к работе.

Напряжение между мной и Майей из-за вчерашнего ночного спора сохранилось и сегодня утром. Я мог бы извиниться, но она этого не сделала, а я не собирался уступать первым. Возможно, дело было в повисшей неловкости, но она безропотно согласилась отправить мне сообщение, чтобы у меня сохранился ее номер и я мог отправить ей фотографию.

Теперь я нашел ее в вотсапе. У нее нет ни статуса, ни аватарки, что меня почему-то не удивляет. Я быстро набираю сообщение и прикрепляю снимок. Сердце бешено колотится, но я списываю это на волнение из-за фотографии, а не на тот факт, что я ей пишу. Майя отвечает не сразу. Увидев, что сообщение прочитано, я блокирую экран. Дело сделано. Назад дороги нет.

До прихода Мишель остается еще целый час, и мы с Эваном проводим это время в моей комнате. От нервов меня подташнивает, и я благодарен ему за то, что он пытается отвлечь меня своей болтовней. Он не упоминает ютуб, ролики или стримы, и в глубине души я задаюсь вопросом, буду ли скучать по всему этому, когда все пойдет прахом.

В семь часов Адам стучит в дверь спальни. Эван включает компьютер, чтобы настроить все для прямой трансляции, а я решаю встретиться с ними лицом к лицу. Они хотят, чтобы для пущего эффекта мы вышли в эфир с моего аккаунта на ютубе. Зная о том, что меня ждет, я делаю вдох и открываю дверь.

Но передо мной стоит не Адам. Вернее, не только он.

Мишель тоже.

Странно видеть ее после той ссоры. Она, как всегда, безупречно причесана и накрашена, но я знаю ее и замечаю на ее лице следы усталости. Вся ситуация отразилась на ней сильнее, чем я думал. И это моя вина. Мишель была права: я повел себя как эгоист, и она пострадала от последствий моих действий.

Когда наши глаза встречаются, я пытаюсь что-то сказать, но Адам делает шаг вперед и вручает мне листы бумаги.

— Вот что ты будешь говорить. И я скажу это ровно один раз. Придерживайся. Сценария.

Затем они с мамой уходят к себе. Мы с Мишель остаемся наедине, но не успеваю я открыть рот, как она выпаливает:

— Я же тебе говорила! А ты меня не послушал.

Я чувствую прилив вины. Черт.

— Мне очень жаль.

Однако моих извинений недостаточно.

— Я назвала Адаму имя той девчонки, – говорит она.

— Что, еще раз, ты сделала? – раздраженно переспрашиваю я.

Пульс зашкаливает. Какого черта? Как она могла?

— Это в наших интересах. Чем скорее ее найдут и подадут на нее в суд за клевету, тем лучше.

— Это не клевета, – возражаю я. – Мы знали, на что идем, когда начинали все это. Люди правы. Мы их обманули.

Мишель недоверчиво фыркает.

— Поверить не могу, что ты защищаешь ее после того, что она натворила.

Я тоже. Но ничего не могу с собой поделать.

— Мишель…

— Малена тебе не подходит. Как только ты это поймешь, ты скажешь мне спасибо.

До меня не сразу доходят ее слова.