Книга Эффект Фостера, страница 88 – Селина Аллен

Я провел пальцем по ее щеке, она дернулась, словно от удара и сжала свои пухлые губки, сверля меня уничижительным взглядом. Я знал, что она тоже чувствует нечто подобное, давно замечал, что когда она не контролирует себя, ненавистный взгляд меняется на любопытный. Но упрямая Барби никогда не покажет слабости, никогда не скажет правды, но все что мне нужно было, я видел в ее глазах, и сейчас ее голубые радужки потемнели от сильнейшего желания.

Вожделение взыграло и во мне. Долгие годы я корил себя за него, ведь Барбара на четыре года младше меня, что весьма ощутимо в первые двадцать лет жизни. Но сейчас я не мог отстраниться от нее. Все мое тело напряглось. Я опирался на руки, расставленные по обе стороны от нее. Ее дыхание смешалось с моим, бледные щеки, наконец, порозовели.

Мой взгляд помутился. Воспоминания нахлынули лавиной.

— Нет. Она Барбара. Запомни, Джеф, – сказал Оливер Эванс.

После этих слов чета Эвансов удалилась, Барбара, схватившись за отцовскую руку, шла следом. Ее походка была как у маленькой супермодели, светлые локоны пружинили от шагов, а набойки башмачков стучали о гранитную кладку пола. В зале играла тихая музыка, лились голоса и смех людей, но в ушах я слышал только этот стук.

— Джеф, пошли, там поставили лимонад! – Голос Мейсона вырвал меня из странного оцепенения.

— Ладно, пойдем, – сказал я, нехотя отворачиваясь от Барби.

У фуршетного стола – барной стойки стоял официант, который помогал с напитками и закусками. Он подал стакан с яблочным лимонадом Мейсону, а затем и мне. Я решил самостоятельно принести ей лимонад, и выбрал, почему-то, вишневый. Во-первых, он был красным, во-вторых, она любила вишневые карамельки, значит, и лимонад ей понравится.

— Ты взял два, я тоже хочу! – заскулил Мейсон.

Я на правах старшего брата шикнул на него.

— Это не для меня, это для девочки-куклы.

Услышав мои объяснения, он заозирался по сторонам, сразу замечая Барбару.

— Она не кукла, она настоящая девочка! – засмеялся он.

— Ты знаком с ней?

— Она часто бывает у меня в гостях. Балбала моя подлуга. – Пора бы ему уже начать выговаривать пресловутую «р», иначе когда он пойдет в школу, то пацаны будут дразнить его.

Я направился к девочке в розовом платье, Мейсон увязался за мной. Когда она заметила меня, то странно нахмурилась, но стоило круглым глазам остановиться на лице Мейсона, Барбара чуть заметно улыбнулась.

Это поселило раздражение во мне. Я заслонил брата собою, чтобы она не смотрела так на него, и без разговоров протянул ей стакан с лимонадом.

— Это для тебя, – сказал я, но прозвучало это так резко, что девочка чуть отошла назад. Она взглянула на маму и только после того, как Хелена одобрительно кивнула головой, взяла стакан из моих рук.

— Что нужно сказать, детка? – спросила ее мама.

Барбара держала стакан двумя руками и смотрела на меня, словно предыдущая наша встреча стерлась из ее головы.

— Спасибо.

Что-то было не так. Она постоянно хмурилась и держалась на расстоянии.

— Что такое, ты не любишь вишневый лимонад? Я могу принести другой. Там есть еще яблочный и апельсиновый, есть лимонный. Кстати, странно называть яблочный лимонад лимонадом, было бы лучше называть его «яблонадом», а апельсиновый лимонад мог бы быть «апельсинадом».

Барбара улыбнулась, отчего мое сердце сорвалось в пропасть, а все тело будто парализовало. Я завис, пялясь на ее улыбку так, словно до этого никогда не видел, как улыбаются люди.