Книга Эффект Фостера, страница 18 – Селина Аллен

Отец покупал мне все, что я хотела, сумки, телефоны, одежда, появлялись у меня раньше начала официальных продаж. Не о таком ли мечтает каждая девушка?

Однако за все в этой жизни нужно платить. В девятом классе я впервые сказала отцу, что хочу стать дизайнером одежды, он отнесся к этому с юмором. Через какое-то время я снова сообщила ему о своем желании, он напрягся, но все еще считал, будто я шучу. И когда я заявила ему об этом в третий раз, сразу после того, как сказала, что не собираюсь ходить на идиотские подготовительные бизнес-курсы, он пришел в ярость. Тогда-то я и поняла, все эти годы я ни в чем не нуждалась, потому что меня как свинку откармливали для важнейшего дела. Отец выбрал стратегию пряника, но в случае чего готов был применить и кнут, ведь Оливер Эванс просто не принимал ответ «нет».

Я надеялась, что научившись действительно хорошо шить и изготавливать одежду, смогу заявить о себе перед отцом. Тогда он начнет уважать мои решения и стремления, а самое главное, наконец, воспримет это всерьез. Но если я провалюсь, это лишь подтвердит его мнение обо мне.

Я разделась догола и нырнула под одеяло, наслаждаясь прохладой простыни. Заметив входящий от Мейсон, я сбросила вызов, написала смс о том, что занята, отключила телефон и легла спать, ведь этой ночью не могла сомкнуть глаз, и в итоге не выспалась.

Проснулась я только к обеду, наспех натянула на себя синий топ с тонкими бретельками и узкие светлые джинсы, привела волосы в порядок и подправила макияж, затем решила спуститься вниз перекусить. На кухне застала Эрни – дворецкого Эвансов вот уже долгие двадцать лет.

Он был одет в причудливый коричневый костюм, обычный, из хлопка. Не во фрак, ведь это не одна из серий Бриджертонов^[7]. Его каштановые, чуть покрытые сединой, волосы были зачесаны назад. Лицо Эрни украшали морщины, а острый, немного крючковатый нос, напоминал клюв птицы.

Несмотря на то, что он находился в этом доме еще до моего рождения и стал своего рода членом семьи, я не многое знала о нем, а все потому, что Эрни был очень скрытным человеком. Все что мне было известно, так это то, что жены у него не было, полноценной семьи тоже, был взрослый сын, с которым Эрни не общался. И причины холода в их отношениях мне не были известны.

Привалившись бедром к кухонной тумбе, он разговаривал с Келли – нашей кухаркой.

— Доброе утро, – чинно сказала я, присаживаясь за барную стойку, моментально выпрямляя спину, словно на обед обещала заглянуть королева Дании. Серые глаза Эрни обратились ко мне.

На кухне витали ароматы булочек с корицей и кофе, мой желудок скрутило от спазма. Я была очень голодной.

— Только Барбара Эванс начинает свое утро в обед, – шутливо выдал Эрни и облокотился на противоположную сторону барной стойки.

— Я пришла от Фостеров рано и решила доспать свои положенные часы.

Келли поставила передо мной корзину с булочками и чашку с яблочным джемом.

Черные волосы немолодой кухарки были собраны в тугой хвостик. На стройной фигуре было свободное платье и белый фартук.

Вот уж кто точно будто вышел из «Бриджертонов».

— Булочки уже остыли, но скоро будет готов тыквенный суп, – сообщила Келли.

Постелив на ноги тканевую салфетку, я аккуратно схватила одну булочку и, подавляя желание вцепиться в нее зубами, медленно надкусила.