Книга Эффект Фостера, страница 104 – Селина Аллен

— Ни в коем случае, как и то, что твой язык чуть не застрял в глотке моего брата, пока мы ехали до Ричфилда, – безразлично бросил он.

В моей груди забурлили безумно приятные чувства – радость и удовлетворение, ведь этот безразличный тон был чертовски фальшивым.

Джефри ревнует меня к своему брату. Это точно.

— Что это за извращение везде выставлять рога? – спросила я Мейсона, когда тот оторвался от телефона.

— Особый вид гордости у охотников, – ответил мой парень. – Это как мериться размером достоинства в штанах.

— Самая настоящая глупость, – скучающе произнес Джефри.

— Ты так говоришь, потому что в прошлом году рога моего оленя были больше рогов твоего оленя, – сузив глаза от раздражения, выдал Мейсон.

Я недоуменно взглянула на своего парня.

Да что с ним происходит?

— Мой олень был меньше в размерах, конечно, его рога тоже были меньше, – спокойно, словно его совсем не заботили слова Мейсона, ответил Джефри.

— Может мне пересесть, чтобы вы и дальше мерились своими рогами? – усмехнулась я, поглядывая поочередно на обоих.

Джефри повернул голову в мою сторону, я почувствовала, как под столом на мое бедро ложится его теплая ладонь.

— В таком случае я точно проиграю, ведь в отличие от Мейсона у меня рогов нет вообще, – прошептал Фостер мне на ухо.

Я задохнулась, услышав его слова.

В его взгляде читалось все, что произошло между нами на прошлых выходных. Озеро, он прижимает меня к себе, пока я пытаюсь откашляться, ссора, удар, поцелуй. Снова эти картинки мелькали перед глазами, снова я почувствовала сладкий трепет в груди и участившийся пульс, волнение и жар, опаляющий мой живот и спускающийся ниже. Рука Фостера двинулась по моему бедру, комкая в руке шелковое платье. Мое дыхание стало частым, я замерла, предательское тело хотело его прикосновений.

Я несколько секунд глядела в глаза Джефри, он не ухмылялся, не веселился и это пугало меня еще сильнее.

Он не играет со мной.

Взглянув в последний раз на цепочку, виднеющуюся на его шее, я сбросила его руку со своей ноги, извинилась и убежала в уборную. Я закрылась в комнате, включила холодную воду и ополоснула раскрасневшиеся щеки.

Кажется, у меня была лихорадка. Нет, правда. Мой мозг иногда рисковал взорваться, ведь осмыслить то, что происходило со мной, было попросту невозможно.

У меня не было большого опыта в любовных делах, но до недавнего времени я думала, что люблю Мейсона. Эта любовь была спокойной, не выворачивала мою душу и дарила мне комфорт, но не у всех ведь должно захватывать дыхание и терзать сердце от первого чувства. Я всегда переживала за Мейсона, радовалась его победам, грустила, если он проигрывал, но впервые я усомнилась в том, что это та самая любовь, о которой снято так много дерьмовых мелодрам.

Кажется, я всегда любила Мейсона как друга, как брата, поэтому я не ощущала этих бабочек в животе, когда целовала его. Поэтому я не почувствовала боли, когда увидела его на кадрах со стриптизершами, лишь оскорбилась тем, что он вздумал так обращаться со мной. Поэтому я растворилась в поцелуе с его старшим братом на старом пирсе и поэтому минуту назад желала, чтобы рука Джефри оказалась в моих трусиках. И плевать на всех остальных.

Господи.

Я никогда не сталкивалась с чем-то подобным, один его взгляд возносит меня на вершину, и одним своим словом он способен спустить меня вниз. Я очарована Джефри Фостером с того самого момента, как мальчишка с небрежно заправленной рубашкой вылил на меня свой лимонад. Я все еще помнила яблочный вкус и то, как щипало мой язык и губы от газировки, помнила его взгляд, одновременно негодующий, оскорбленный и виноватый.