Книга Песнь затонувших рек, страница 61 – Энн Лян

Нам отвели покои в самой дальней части дворца.

Я поняла это только на третий день, когда стало ясно: что-то не так. К нам не заходили служанки, чтобы сменить постель и принести свежую воду, другие наложницы не приносили подарки и даже не заглядывали познакомиться. Я все ждала, когда за окном заскрипят колеса кареты вана и он войдет в гарем, подыскивая спутницу на ночь, но в этой части дворца всегда царила тишина. Все будто забыли о нашем существовании, будто мы и не приезжали. Я начала бояться, что потерпела неудачу, а может, ван с самого начала так и планировал — принять дар Гоуцзяня, а потом бросить нас в дальнем углу дворца, где о нас постепенно забудут? Но я видела, как Фучай на меня смотрел. Может, он еще не успел привязаться ко мне, но мне точно удалось его заинтересовать.

— Это проделки У Цзысюя, — пожаловалась я Чжэн Дань, меряя шагами спальню. Поскольку Чжэн Дань была моей фрейлиной, ее комната располагалась рядом с моими покоями, но у меня был и свой садик, и пруд, и золоченая мебель, а у нее — всего одна маленькая спальня. — Ты же слышала, это он распорядился поселить нас в эту глушь.

Она скрестила руки на груди и откинулась на спинку мягкого стула.

— Он нам не доверяет.

— Точно, — согласилась я. — И он очень легко от нас отделался. Готова поспорить, у вана сотни наложниц, если он не будет регулярно проходить мимо моих покоев и никто из придворных не вспомнит обо мне, он вскоре забудет о моем существовании.

— Вот задачка. — Чжэн Дань недовольно запыхтела. — Что же нам делать? Может, мне выйти на разведку и попытаться поговорить с другими фрейлинами? Спросить, где ван?

Я покачала головой.

— Наверняка Цзысюй расставил везде стражников, чтобы присматривали за нами. Стоит отойти слишком далеко от наших покоев, и нас тут же проводят обратно. Нельзя просто выйти искать вана. Это будет выглядеть слишком нарочито. Думаю, у наложниц принято подолгу скучать в холодной постели.

Она поймала мой взгляд и приподняла тонкую бровь. Я узнала это выражение: оно напомнило мне о нашем детстве в деревне. С таким лицом она просила меня вместе спрятаться в кустах, чтобы мать ее не отыскала, или подложить камушки в ботинки обидевшей ее тетки.

— По-твоему, надо заманить его сюда?

— Именно.

Она задумалась.

— Но что может привлечь внимание самого вана?

— Что-то важное. Например, угроза жизни, — я опустила голову и посмотрела на рану на плече. Она только начала затягиваться, но все еще болела и оставалась очень чувствительной.

Чжэн Дань проследила за моим взглядом и вздрогнула.

— Ты серьезно? Нет, мы не можем…

— Есть другие предложения?

Она открыла рот и тут же его закрыла, смирившись, что других вариантов нет.

— У нас всего один шанс, — сказала я и принялась рыскать в ящиках в поисках острого предмета, например, зеркальца, которое можно было бы разбить, или стеклянного пузырька. — Если не получится привлечь внимание вана, мы лишь вызовем подозрения У Цзысюя и других советников, и те поймут, что мы что-то затеваем. Попытаются упечь нас за решетку под любым предлогом или даже убить. В таком месте очень легко подстроить несчастный случай, ведь вокруг никого нет. — Наконец я отыскала меч Фань Ли. Я тщательно спрятала его на самом дне ящика, завернув в алую ткань, чтобы никто его не нашел. Развернув ткань, я достала меч. Лезвие с лязгом выдвинулось из ножен. Я представила руки Фань Ли, сомкнувшиеся на рукояти, украшенной драгоценными камнями. Меня окружили призраки воспоминаний. Сколько раз я видела, как он сжимал в руках меч и был готов ударить врага и защитить меня, сколько раз он упражнялся с ним в саду под градом сливовых лепестков, сколько раз этот меч рассекал воздух и окроплялся кровью. В груди защемило, будто кто-то зажал сердце в кулак.