Книга Песнь затонувших рек, страница 123 – Энн Лян

Фань Ли тоже не привык давать такие обещания — не с его прагматичностью. Я ждала, что он так и скажет. Мы с ним оказались очень похожи: оба служили оружием вану Гоуцзяню, и он мог распоряжаться нами, как вздумается. Сами мы ничего не решали.

Но, к моему удивлению, он кивнул.

— Обещаю, — ласково ответил он и поднял вверх сложенные три пальца в жесте клятвы. — Как только все это закончится, я вернусь за тобой, отыщу тебя, и мы вместе поплывем вокруг света. Мы поселимся вдали от этих мест, где никто никогда нас не найдет. А если я нарушу обещание, то буду проклят до конца моих дней.

Я уставилась на него, а потом резко ударила его по плечу.

Он вскрикнул в изумленном негодовании.

— Смотрю, ты научилась драться, пока меня не было?

— Зачем ты… я просила пообещать, а не призывать проклятия на свою голову.

— Я решил, что так убедительнее, — тихо произнес он и вгляделся в мое лицо во мраке. — К тому же это правда, — добавил он еле слышно, будто говорил сам с собой, — если по какой-то причине я больше не увижу тебя, меня ждет вечное проклятие.

Я закрыла дверь в гостевые покои, но запирать не стала. Прислонилась спиной к холодному дереву и посмотрела в небо. Луна сегодня светила особенно ярко, по небу плыли клочки серых облаков, их силуэты четко вырисовывались в жемчужном сиянии. Свет проникал в каждый уголок. Я вспомнила легенду, которую рассказывала мама перед сном — в ней говорилось о девушке, ставшей божеством. Ее разлучили с возлюбленным, и ей пришлось поселиться на луне, а компанию ей составлял нефритовый кролик. Сейчас я будто видела на лунном лике ее силуэт. Я понимала ее одиночество.

Но что думать об этом сейчас? Я встряхнула головой и медленно вздохнула.

Скоро все начнется.

Я не вернулась на пир, а пошла по тайному ходу, который показала мне Сяоминь. Он вел в покои госпожи Ю. Госпожа сидела на качелях во дворике и медленно раскачивалась взад-вперед. Услышав мои шаги, она встрепенулась, но совсем не удивилась, увидев меня.

— Помните о нашем уговоре? — спросила я, не утруждая себя приветствиями.

— Увы, да, — устало ответила она и продолжила качаться, не отталкиваясь от земли, а позволяя ветру сделать всю работу. — Что вам нужно?

— Позовите отца, — велела я. — Время пришло.

Когда я наконец вернулась к вану, почти все гости разошлись. Некоторые уснули прямо за столами, опрокинув кубки и пролив вино. По углам хихикали придворные дамы, уединившись с симпатичными охранниками и учеными. Пол был усеян шелками и лентами, два гобелена упали со стен. Стихла музыка, остался лишь один музыкант, он наигрывал на цитре тихую волнующую мелодию. Как я и думала, Гоуцзяня нигде не было.

Фучай, разумеется, был уже пьян, полулежал на троне и, окидывая взглядом тронный зал, как игрушку вертел в руках венец.

— Си Ши, — заплетающимся языком промолвил он. — Что ты так долго? — Не дождавшись ответа, он дернул меня за руку и затащил на трон, обнял за шею и жарко задышал мне в ухо. — Неважно. Просто больше меня не бросай.

Как же мне хотелось оставаться непроницаемой. Но, может, из-за того, как бесхитростно, доверчиво и искренне он на меня смотрел, а может, потому что я только что была с Фань Ли, а Фучай ждал меня в толпе гостей, или оттого, что я знала, что скоро последует, меня охватило страшное чувство вины. Я крепче прижалась к нему и позволила себя обнять. Его сердце громыхало, я слышала его знакомый ритм, который всегда учащался в моем присутствии и реагировал на каждое мое слово.