Книга Летние гости, страница 96 – Фиона О’Брайан

— Если бы мы стали тебя ждать, опоздали бы на катер, Ди. Ты бы в любом случае не успела, – замечает Энни. – По крайней мере, так Грейси попала на экскурсию.

— И конечно же, Мистер Америка полностью принадлежал тебе. Давай не будем игнорировать эту маленькую деталь. – В улыбке Ди нет ни капли веселости. – Не думай, что я не понимаю, чего ты добиваешься, Энни. Можешь обманывать маму и папу своими разговорами о карьере и притворяться святошей, но тебе нужен мужчина. Нужен даже сильнее, чем я могла подумать. Сколько там прошло с тех пор, как Эд тебя бросил?

Злобные слова застают Энни врасплох, но нельзя ни подать виду, что расстроена, к радости Ди, ни сказать колкость в ответ, как бы сильно этого ни хотелось. Сейчас важнее всего – не ранить Грейси.

— Пожалуйста, мама, не ссорьтесь. – Грейси волнуется.

— Помолчи! – рявкает Ди. – Ради всего святого, никто не ссорится. И… – Она поворачивается к дочери. – …и вообще, почему у тебя лицо такое красное? – Она всматривается в Грейси, затем пристально смотрит на Энни. – Ты что, даже не посмотрела, нанесла ли она солнцезащитный крем?

— Конечно, она нанесла солнцезащитный крем. Было жарко, Ди, мы все разгорячились и устали после восхождения.

— Мое лицо всегда краснеет, – тихо говорит Грейси. – Я ничего не могу с этим поделать. – Она выглядит так, будто вот-вот заплачет. – Так хочешь посмотреть фотографии, мама?

— Не сейчас, Грейси, может быть, позже.

— Хорошо, тогда я пойду в свою комнату. Увидимся, Энни.

Грейси тащит за собой сумку вверх по лестнице.

— Ты могла хотя бы притвориться заинтересованной, Ди, тебя это не убило бы.

— Не указывай мне, что делать. Ты вообще не представляешь, что я сейчас переживаю.

Самообладание Энни на пределе. Ди невыносима.

— Меня не волнует, что ты переживаешь, Ди. Не потому, что я бесчувственная, а потому, что у тебя есть маленькая дочка, которая сейчас растеряна и напугана, потому что не понимает, что происходит с ее родителями. Можешь уделить ей хоть немного внимания между белым вином и таблетками.

— Что ты сказала?! – Ди поднимается, уперев руки в бока.

— Ты меня слышала.

Энни уходит, прежде чем успеет высказать что-нибудь еще или ткнуть в большой бокал вина на столе перед сестрой – вряд ли первый и, скорее всего, не последний за сегодня. Она уходит, потому что так злится на Ди и ее высокомерное пьяное поведение, что хочет надавать ей пощечин. Но сейчас это никому не поможет, тем более племяннице.

* * *

Это просто смешно, вот что. Бреда предельно ясно призналась себе, что ведет себя как школьница, притом очень глупая школьница. Но ничего не может с собой поделать. С тех пор как она встретила Барри в тот день на озере, прошло не больше десяти дней, но все изменилось. Она похудела (не прилагая усилий), ее кожа сияет, походка стала пружинистой, а глаза блестят, от чего люди говорят комплименты о том, как чудесно она выглядит и в какой хорошей она форме. «В чем секрет?» – спрашивают знакомые женщины.

А ей кажется, что она скользит сквозь дни, час за часом мечтает и грезит. У нее не осталось проблем, гости окутаны ее заботой, персонал вовсю пользуется ее добротой, чтобы попросить выходной после обеда или гибкий график. Фактически единственный человек, который ничего не заметил, – Конор. Но чему удивляться, ведь он живет в мире, где существуют только он и его сиюминутные прихоти. Однако даже он заметил и прокомментировал ее новую, более мягкую, многослойную стрижку с медово-карамельными прядями. Ну если можно считать комментарием то, что он остановил на ней свои налитые кровью глаза и спросил: