Книга Дом на берегу счастья, страница 67 – Фиона О’Брайан

Что бы это ни было, мрачно подумала Мора, она постарается докопаться до самой сути. И, если ей повезет… тогда Эвелин Мэлоун получит, что ей причитается. Они оба заплатят за то, что сделали. Много лет назад они, почти не таясь, закрутили роман (судя по подсчетам Моры, Эвелин тогда было лет тридцать пять, тридцать шесть, и она к тому времени уже вышла замуж и родила дочку), но это еще полбеды. Гораздо ужаснее, что именно из-за их преступной связи жизнь Моры пошла под откос.

Несомненно, это было дело рук Эвелин. Мора поняла это еще в самом начале, только никак не могла доказать. Теперь же, когда у нее появились кое-какие сведения, это будет гораздо легче устроить, осталось только продумать дальнейший план действий. Но Мора не торопилась. В конце концов, она ждала сорок лет – что по сравнению с этим какая-то жалкая пара недель?

Она взяла в руки фотографию, на которой была запечатлена вместе с маленькими Джоуи и Сьюзен Рэдклиффами, и задумчиво посмотрела на нее. Ей повезло, она получила работу своей мечты – устроилась няней в блестящую, обеспеченную дублинскую семью. Она была счастлива, полна надежд, и дети в ней души не чаяли. Но потом все начало рушиться, и апогеем стал тот злосчастный день, когда пропал маленький Джоуи. При одном воспоминании об этом у Моры по спине пробежал холодок.

В те дни она запросто говорила всем правду и дерзости в глаза – такая уж уродилась, – и сестра Джулия, монахиня, уверяла, что это очень хорошо: если ты говоришь с людьми прямо, они скорее поймут, чего ты от них хочешь. Поэтому, взвесив все «за» и «против», Мора решила поговорить со своим работодателем Робертом Рэдклиффом лично и напрямую. Дескать, так и так, ей известно, что он заводит интрижки за спиной своей больной жены, и, если он не изменит своего поведения, она вынуждена будет что-то предпринять. Она дрожала от страха, ожидая этого разговора, но когда роковой час наконец настал, она вдруг ощутила необычайный прилив сил, словно в отместку за все издевательства, которые претерпела ее бедная мама от пьяницы-мужа и сыновей.

Мистер Рэдклифф принял ее, сидя за широким антикварным письменным столом в своем кабинете, который больше походил на библиотеку. У Моры до сих пор стояли перед глазами полированные полки, уставленные рядами книг в кожаных переплетах. Именно в эту точку над его головой она и смотрела.

Чтобы не передумать, она заговорила очень быстро. Он вежливо выслушал ее, а затем расхохотался и покачал головой, словно отчитывая нашкодившего ребенка:

— Послушай, Мора, Эвелин Мэлоун – жена моего близкого друга. Смешно даже подумать о том, что я мог завести с ней интрижку. Ты, моя милая, наверное, начиталась любовных романов. Эвелин очень помогла нам с Сарой. Она дала нам много полезных советов по оформлению новой пристройки, тем более что Сара была не в состоянии сама заниматься делами. Совершенно естественно, что она время от времени заходит к нам в гости, приносит образцы тканей и так далее. Давай ты успокоишься и впредь будешь заниматься только детьми, хорошо? В конце концов, именно за это я тебе и плачу. – И он слегка улыбнулся – но в его глазах не было веселья.

Разумеется, Мора была готова к тому, что он начнет все отрицать.

— Значит, ничего страшного, если я расскажу миссис Рэдклифф, что в выходные, когда она уехала навестить сестру, я увидела, как вы и Эвелин Мэлоун целуетесь в саду?