Книга Дом на берегу счастья, страница 41 – Фиона О’Брайан

Когда доктор Эд привез Эвелин из больницы на своей машине, в холле уже собралась небольшая толпа встречающих. Там был весь дом, кроме Брюса и Стеллы, которые уехали на работу.

Доктор Эд и Рори помогли ей доковылять по лестнице наверх, и, войдя в свои апартаменты, она обнаружила, что на столике в эркере ее ждет чудесная цветочная композиция. Все это было ужасно трогательно.

Мора сказала, что может остаться и поухаживать за ней, пока не приедет Труф. Эвелин была не в восторге от этой идеи, но ей пришлось напустить на себя любезный вид и согласиться, потому что иначе некому будет впустить Труф в апартаменты. Учитывая, что за эти пять лет Эвелин и Мора проводили очень мало времени в обществе друг друга, прошедшие сорок пять минут можно было назвать их личным рекордом.

Эвелин принялась подкрашивать губы и поправлять красочное ожерелье из искусственных камней у себя на шее. Краем глаза она поглядывала на Мору. Та смотрела на нее с плохо скрываемым отвращением.

— У тебя все в порядке, Мора? – Эвелин замерла, остановив помаду возле губ. – Может быть, что-то случилось?

— Нет, ничего. – Мора натянуто улыбнулась. – Что у меня могло случиться?

— Тебе вовсе незачем оставаться здесь. У меня все хорошо. Вскакивать и бегать по комнате я не собираюсь. Моя внучка прибудет с минуты на минуту, я уверена, у тебя есть дела поважнее.

— Я сказала доктору Эду, что останусь здесь, пока девочка не приедет. – Мора упрямо вздернула подбородок.

Просто мурашки по коже! Эвелин страшно злило, что Мора упорно называла Труф «девочкой»! Даже не «вашей внучкой» – «девочкой»! Ее так и подмывало напомнить, что у «девочки» вообще-то есть имя, но она вовремя прикусила язык. Ни к чему доставлять Море лишнее удовольствие и показывать, что той удалось-таки вывести ее из себя.

Был полдень. Труф неторопливо брела по набережной в сторону дома, где жила ее бабушка. По дороге она зашла в кафе «Дружеский стол», примостившееся среди художественных магазинов, и, заняв столик, стала проверять сообщения. Одно было от Полин: она желала дочери удачи и просила при первой же возможности перезвонить ей. Одно от подруги и коллеги. И еще одно от Джоша.

Если мои расчеты верны, ты уже должна быть в Ирландии. Приятно тебе провести время и береги себя! Если что, не стесняйся, можешь дергать меня в любое время дня и ночи. Передай бабушке, что я с нетерпением жду встречи. Целую!

Труф прекрасно понимала – или, по крайней мере, допускала, – что Джош хочет как лучше. Что он пытается ее подбодрить. И все же тон сообщения рассердил ее. Во-первых, она просила ее не трогать, а во-вторых, хотя Джош уверял, что просто беспокоится о ней, было очевидно: он воспринимает ее уход как вызов и отнюдь не собирается мириться с тем, что они больше не пара. Это и злило больше всего.

Что ж, он может тешить себя какими угодно фантазиями – она им потакать не будет. Между ними все кончено – в любовном смысле. А если он продолжит ее доставать, то и в дружеском тоже, хотя Труф очень этого не хотелось. Конечно, Джош – умный человек, интересный собеседник, профессионал своего дела, и им когда-то было хорошо вместе. Но недавние события пролили свет на более неприглядную сторону его характера, и Труф поняла, что Джош вовсе не такой, каким казался.