Книга Девушка, которая не любила Рождество, страница 101 – Зои Брисби

Умереть я еще успею.

Я шел по главной аллее. Расположенное в самом сердце Парижа, в прекрасном особняке XVIII века, издательство «Деламар» гордо демонстрировало свой высокий статус.

Гравий хрустел под ногами, усиливая впечатление, что с каждым шагом я все ближе к эшафоту. Как отреагирует Шанти? Кинется на меня, как разъяренная львица, или обрушит на мою голову холодную ярость и презрение? Все это произойдет на глазах у коллег, и я останусь в анналах «Деламара» как тот, кто испортил рождественскую вечеринку.

Проходя мимо великолепного парка, я с удивлением услышал гул голосов. Люди разговаривали, смеялись, шумели. Чем ближе я подходил, тем громче становились звуки веселой вечеринки. Музыка, звон бокалов, веселый гомон.

Я толкнул дверь и увидел великолепно украшенный зал – золотые гирлянды, красные фонарики, букеты остролиста и омелы. В центре возвышалась огромная елка, наполнявшая воздух смолистым запахом.

Вдоль стены стояли столы с угощением – с тысячей блюд, которые выглядели одно аппетитнее другого. У пирамиды из макарунов даже образовалась очередь. Официанты в красно-белой униформе сновали среди гостей, предлагая сладкие и соленые закуски.

Как Шанти удалось совершить это чудо? В последний момент найти музыкантов, кейтеринг и декоратора – это же настоящий подвиг! И если она так старалась, значит, эта вечеринка действительно имела для нее большое значение. Здесь должны были присутствовать большие боссы «Деламара», и она хотела перед ними блеснуть. Не стоит недооценивать женщину, которая стремится получить повышение.

Я был потрясен увиденным. Глаза просто разбегались. Мое внимание привлекли яркие коробки, лежавшие под елкой. Вероятно, это были подарки от Тайного Санты.

— Ну как, тебе нравится?

Я узнал голос и машинально вытащил телефон из кармана. Однако его экран оставался черным.

Тут кто-то хлопнул меня по спине, и я обернулся. Передо мной стоял мужчина лет тридцати, высокий, очень стройный, с немного слишком длинными волосами. На нем были потертые джинсы и серый свитшот с капюшоном и винтажным изображением Зельды^[33]. Он резко выделялся на фоне этой шикарной и уютной атмосферы.

— Финеас, это ты?

— Совершенно верно. Я тебя сразу узнал, ты единственный, кто выкладывает в соцсетях свои настоящие фотографии – без фильтров и обработки.

— Я думал, ты не ходишь на вечеринки.

— Я знал, что ты будешь здесь, и решил, что могу сделать над собой усилие. К тому же в рамках моей реабилитации к жизни в обществе мне необходимо участвовать в нескольких «общественных» мероприятиях.

Произнося слово «общественные», он изобразил пальцами кавычки.

— Рад тебя видеть, – сказал я.

Я был счастлив, что в этой толпе нашел человека, с которым было приятно общаться. Обводя рукой украшенный зал, я заметил:

— Невероятно, правда? Интересно, как Шанти удалось организовать все это за такое короткое время?

— Она тут ни при чем.

И по его гордому виду я все понял.

— Это ты?

Финеас улыбнулся.

— Да! Я понял, что ты не сможешь выполнять свою миссию в Почтограбске и одновременно готовиться к празднику в издательстве, и взял вечеринку на себя.

Я дружески хлопнул его по плечу. Теперь мне стал понятен смысл этой почтограбской традиции.

— Ты просто великолепен!

— Напиши мне это на листочке! Пригодится на медкомиссии.