Книга Никогда, никогда, страница 81 – Таррин Фишер, Колин Гувер

— Он знает, что я запрещаю ему являться сюда, Грант! – вопит женщина, пятясь по коридору в сторону гостиной. – Он знает это, но все равно приходит! Он просто пытается вывести меня из себя!

Эта женщина ненавидит меня, ненавидит всеми фибрами души. И поскольку я не знаю, за что, я едва удерживаюсь от того, чтобы просто извиниться за то, что я сделал ей, что бы это ни было.

— Лора, – говорит полицейский, – я поговорю с Сайласом на улице, но тебе надо успокоиться и посторониться, чтобы я смог это сделать.

Она отступает в сторону и злобно смотрит на меня, когда мы проходим мимо нее.

— Тебе все сходит с рук, совсем как твоему папаше, – говорит она, и я отворачиваюсь от нее, чтобы она не увидела растерянности на моем лице, и вслед за офицером Грантом выхожу из дома, держась за рюкзак, висящий у меня на плече.

К счастью, дождь прекратился. Мы не останавливаемся, пока не доходим до моей машины. Он поворачивается ко мне, и я понятия не имею, получится ли у меня ответить на вопросы, которые он мне задаст, но будем надеяться, что они не будут слишком уж конкретны.

— Почему ты не в школе, Сайлас?

Я поджимаю губы и пытаюсь придумать ответ.

— Я э-э… – Я смотрю на проезжающую мимо машину. – Я ищу Чарли.

Не знаю, следовало мне это говорить или нет. Наверняка, если бы копам не полагалось знать, что она пропала, я бы написал об этом в том письме самому себе. Но в письме было сказано только то, что я должен найти ее любой ценой, и заявить в полицию о ее пропаже – это, как мне кажется, то, с чего и надо начать.

— Как это – ты ищешь ее? В каком смысле? Почему она не в школе?

Я пожимаю плечами.

— Я не знаю. Она не звонила, ее сестра не знает, где она, и сегодня она не явилась в школу. – Я показываю на дом. – Ее мать явно слишком пьяна, чтобы заметить, что она пропала, вот я и подумал, что поищу ее сам.

Он склоняет голову, скорее из любопытства, чем потому, что он обеспокоен.

— Кто видел ее последним? И когда?

Я сглатываю и неловко переступаю с ноги на ногу, пытаясь вспомнить, что было написано о вчерашнем вечере в письме.

— Я. Вчера вечером. Мы с ней поругались, и она отказалась ехать со мной домой.

Офицер Грант делает кому-то за моей спиной знак подойти к нему. Я поворачиваюсь и вижу мать Чарли, стоящую в дверях. Она переступает порог и выходит во двор.

— Лора, вы знаете, где сейчас ваша дочь?

Она закатывает глаза.

— В школе, где ей и положено быть.

— Ее там нет, – возражаю я.

Офицер Грант продолжает смотреть на Лору.

— Вчера вечером Чарли возвращалась домой?

Лора бросает взгляд на меня, затем опять переводит его на полицейского.

— Разумеется, да, – говорит она, но в конце фразы ее голос срывается, как будто она не уверена.

— Она лжет, – выпаливаю я.

Офицер Грант делает мне знак замолчать, по-прежнему адресуя свои вопросы Лоре.

— Когда она вернулась домой?

Я вижу на лице Лоры замешательство.

— Я запретила ей покидать дом после того, как она на этой неделе прогуляла школу. Так что, думаю, она была на этом своем чердаке.

Я закатываю глаза.

— Ее вообще не было дома, – возражаю я, повысив голос. – Эта женщина явно была слишком пьяна, чтобы знать, что ее собственная дочь вообще не явилась домой!

Она подбегает ко мне и начинает колотить меня кулаками по рукам и груди.

— Убирайся с моей земли, засранец! – орет она.