Книга Все начнется с нас, страница 99 – Колин Гувер

Открыв водительскую дверцу «Форда», Тим допивает остатки пива и швыряет банку на клумбу. Потом заглядывает в кабину и что-то там ищет.

— Я не знаю, что делать, — шепчет Джош.

Сейчас он выглядит не старше своих двенадцати. Мне больно смотреть, как он нервничает. В его глазах мольба, жажда истины. Он словно ждет от меня плана действий.

До сих пор я не говорил ему ничего плохого о Тиме, и оттого, что я не был абсолютно честен, у меня возникает чувство, будто я оказываю брату медвежью услугу. Возможно, мое молчание для него губительнее правды.

Я со вздохом откладываю телефон. Момент требует моего полного внимания. Я и до этого не отвлекался, просто не хотел влиять на решение Джоша. А он, напротив, ждет от меня совета. Суровой правды. Иначе зачем нужны старшие братья?

— Своего отца я не помню, знаю только его имя. Саттон сказала, что он ушел, когда я был совсем маленьким. Возможно, таким же, как ты, когда ушел Тим. Поначалу это не давало мне покоя. Я даже за него переживал. Думал, что нас разлучили ужасные обстоятельства, — к примеру, он сидит в тюрьме по ложному обвинению. Я сочинял все новые безумные сценарии, лишь бы объяснить тот факт, что он обо мне знает, но почему-то не приходит. Разве нормальный отец откажется от общения с сыном?

Джош все еще смотрит в окно, однако я вижу, что он внимательно меня слушает.

— Мой отец никогда не присылал алиментов. Даже не пытался. Если бы он хоть раз загуглил мое имя, то с легкостью меня нашел бы. Ты в двенадцать лет с этим справился. А этот взрослый идиот не захотел. — Я придвигаюсь ближе к Джошу, чтобы он слышал каждое слово. — Тим точно такой же. Он самостоятельный мужчина, и если бы он думал не только о себе, то попытался бы тебя разыскать. Ему прекрасно известно, как тебя зовут, в каком городе ты живешь, сколько тебе лет. — Глаза Джоша наполняются слезами. — В голове не укладывается: у него такой замечательный сын, который хочет с ним видеться, а он палец о палец не ударил! Он должен гордиться, что у него есть ты, Джош. Поверь, если бы я раньше о тебе узнал, я бы весь город перевернул, лишь бы тебя найти.

Едва я замолкаю, у брата по щеке скатывается слеза, и он быстро отворачивается к окну.

Я ужасно зол, что от меня намеренно скрывали брата. Мать эгоистично нас разлучила, поскольку понимала: моя любовь обесценит все то, что она способна ему дать.

Тем не менее я не хочу, чтобы мое отношение к матери и Тиму влияло на выбор Джоша. Он уже достаточно взрослый и примет решение сам. И неважно, что перевесит — моя правда или его надежда, я в любом случае его поддержу.

Когда Джош поворачивается, его глаза еще полны слез, вопросов и сомнений. Он словно доверяет решение мне.

Я качаю головой.

— Нас разлучили на двенадцать лет, Джош. Я вряд ли когда-либо им это прощу, но не расстроюсь, если простишь ты. Я честно высказал свое мнение, однако ты сам себе хозяин, и, если дашь отцу шанс, я натяну улыбку и провожу тебя к порогу его дома.

Джош кивает и вытирает очередную слезу рукавом. Сделав глубокий вдох, он на выдохе выпаливает:

— У него пикап!

Не понимая, к чему он клонит, я гляжу вместе с ним на белый «Форд».

— Я думал, он слишком бедный, чтобы добраться до Бостона, — объясняет Джош. — Или физически не способен водить — ослеп или вроде того. А у него есть машина, и он даже не пытался приехать!