Книга Когда мы были осколками, страница 195 – Акация Блэк

— Я люблю тебя, Лайми.

Пальцы замирают в ее волосах.

— Скажи это еще раз, – почти умоляю я, и глаза начинает щипать от того, что я не слышал этого семь лет.

— Лиам Джуд Дэвис, ты околдовал мое сердце.

Пульс ревет, в то время как душа узнает ее – чтобы больше никогда не отпустить.

— А ты – лучшая часть меня, Луна Иден Коллинз.

— Теперь наша очередь обрести свое «долго и счастливо».

Ее слова звучат как обещание.

И я верю ей.

Снова.

Но когда просыпаюсь посреди ночи, ее сторона кровати пуста.

Луна исчезла.

Луна, 16 лет – Лиам, 17 с половиной лет

Я и не знала, что счастье может выбить весь воздух из легких. Что любовь может быть такой прекрасной, такой ошеломляющей. С тех пор как мы произнесли три коротких слова, я не касаюсь земли. Лиам – мой дом, мой кислород, улыбка на моих губах, слезы счастья в моих глазах. Каждый стук сердца – теперь для него. Если все это сон, я больше никогда не хочу просыпаться. Если я мертва, то смерть заслуживает того, чтобы испытать ее хотя бы раз в жизни.

Мы только что вернулись с папой с недельных каникул в Сан-Франциско. Приехав, я сразу же бросилась к дому Лиама и, как обычно, вошла без стука. Внутри, в коридоре, ведущем на кухню, царит кромешная тьма. Тишина хватает меня за горло, и по позвоночнику пробегает дрожь. Я не решаюсь двинуться дальше. Ноги отказываются двигаться. Что-то не так. Машина Лиама стоит на улице, любимые кроссовки Чарли – у двери. Так почему здесь так тихо?

Набравшись храбрости, медленно пробираюсь в гостиную, пока в ушах звенит от царившего в комнатах молчания. Внезапно в темноте появляется свет, и я с облегчением выдыхаю. Чарли сидит на диване – ее глаза прикованы к мобильному телефону. Привет, паранойя.

— Тыковка, ты в порядке? – спрашиваю я, поглаживая ее по волосам.

Она подпрыгивает и чуть не роняет телефон.

— Боже, ты меня до смерти напугала, Лулу.

Со смехом опускаюсь рядом с ней.

— Почему ты сидишь одна в темноте?

— Настроение такое, – пожимает она плечами.

— Опять кошмары?

— Угу. Они вернулись несколько недель назад. – Она сглатывает, прежде чем продолжить. – Опять вижу ужасные вещи. Мне кажется, я схожу с ума. Мама говорит, что я просто выделываюсь, чтобы привлечь внимание.

Ее голос ломается к концу предложения. Лиам сказал мне, что она постоянно переживает ту ночь, когда умер Майк. Чарли была еще так мала, что в ее сознании смешались вымысел и реальность. Чтобы не тревожить ее еще больше, Сара предпочитает не говорить о той трагической ночи. Она даже не отправляет Чарли к психотерапевту, потому что боится, что Чарли расскажет слишком много. Но, похоже, воспоминания Чарли начинают всплывать на поверхность, и я боюсь того, что произойдет, когда правда выйдет наружу.

— Ты говорила об этом с Лиамом?

— Да, мы теперь засыпаем вместе.

— Хорошо! А у тебя он тоже ворует одеяло ночью? Ненавижу, когда он так делает.

Она кивает и улыбается впервые с моего прихода. Но улыбка исчезает с ее лица, когда на ее мобильный приходит шквал сообщений. Тихо слежу за тем, что происходит дальше. Побледнев, она удаляет все оповещения, даже не читая, а затем кладет его экраном вниз на журнальный столик.

— Что-то случилось?

— Нет, – отрицает она, но ее нога начинает дергаться сама по себе, причем так сильно, что двигается диван.