Книга Когда мы были осколками, страница 194 – Акация Блэк

— Я передумала. Иди спи на диване, – задыхаясь, кричит она.

— Врушка.

— Придурок.

— Заноза в заднице.

— Головотяп.

— Бестолковка! Да, я тоже знаю парочку старушечьих ругательств.

Когда наши взгляды встречаются, мы прыскаем, как дети. Почему с ней так чертовски легко? Почему каждый раз, когда я ее вижу, мне кажется, будто мы никогда не расставались? Почему я без ума от нее?

— Спокойной ночи, Лиам, – говорит она, легонько пиная меня холодными пятками на правую сторону кровати.

— Спокойной ночи, Рапунцель.

Получив подушкой по лицу, наблюдаю, как она поворачивается ко мне спиной, поправляет одеяло и выключает лампу, погружая комнату в полумрак. Единственный свет исходит от ароматической свечи. Я не свожу глаз с затылка Луны, пораженный самим ее существованием.

— Лиам? – шепчет она после нескольких минут молчания.

— Что?

— Опиши свой идеальный день.

— Честно?

— Всегда.

— Мы с тобой в пижамах смотрим сериалы с вкусняшками, возможно «Скитлсом», и выключенными телефонами. Секс, много секса. Повсюду.

— Ясно.

Совершенно потерянный после всего, что произошло за день, пытаюсь заснуть. Тщетно. Судя по дыханию Луны, ей тоже не спится. После двадцати минут ворочаний, не найдя удобного положения, сдаюсь.

— Можно обнять тебя?

— Раньше ты бы не спрашивал.

Раньше. Поэтому я придвигаюсь ближе и, обняв за талию, зарываюсь носом в ее волосы. Наши пальцы переплетаются. Она расслабляется, дышит ровнее, и я закрываю глаза, чтобы наконец погрузиться в сон.

— Ты правда так думал?

Неуверенный голос снова разрывает тишину. О чем она, можно и не уточнять.

— Посмотри на меня.

Луна разворачивается. Взяв двумя пальцами ее подбородок, смотрю ей в глаза.

— Я правда так думал, Лу. Мое сердце принадлежит тебе. Делай с ним что хочешь – оно твое. Я принадлежу тебе душой и телом и принадлежу с того самого вечера, когда впервые тебя увидел, и что-то внутри меня щелкнуло… словно все встало на свои места. Я люблю тебя как безумный. Если бы я мог сказать тебе эти слова в тот день, когда ты упала в обморок, я бы это сделал. Но я был ослеплен прошлым, своей обидой. Знаю, нам нужно многое уладить, но я так хочу быть с тобой, Лу. Когда ты была далеко, меня словно изрешетили пулями – и ничто не могло заполнить зиявшие дыры. Боль была мучительной. Пока я не увидел тебя в том коридоре, прекрасную как никогда. Мне казалось, ты вытащила меня на поверхность, когда я тонул. Ты была тем, чего мне не хватало в жизни. Я люблю тебя, Луна, до самой луны…

— …и обратно и до бесконечности, – заканчивает она за меня со слезами на щеках. – Это был не сон, ты был тогда в больнице?

Вытираю их большим пальцем.

— Конечно, крошка Луна. Я всегда буду рядом с тобой. Я люблю тебя, даже когда ненавижу.

Она открывает рот, но передумывает.

— Я просто…

— Я знаю, – шепчу я, когда она умолкает. – Я знаю, Лу. Тебе не нужно говорить мне, если ты не готова. Я вижу это по тому, как ты смотришь на меня, когда смеешься с коллегами, чтобы убедиться, что я тоже смеюсь. По тому, как не закрываешь глаза, когда целуешь меня, потому что боишься, что это сон. Когда ты бросаешь на меня взгляд, я чувствую себя важным, достойным любви. Когда ты будешь готова сказать это, я буду рядом.

Желая почувствовать, как ее сердце бьется о мое, крепче прижимаю Луну к себе, и она утыкается носом мне в шею. А через секунду, прошептав эти слова, как сладкий секрет, лучшая подруга навсегда гравирует свое имя на моей душе.