Книга Когда мы были осколками, страница 149 – Акация Блэк

— Значит, вы не переспали после концерта?

— Чего? Поверить не могу. Луна, за кого ты меня принимаешь?

— За того, кем ты хочешь казаться. Парня, которому плевать абсолютно на все. Почему в один день мы прекрасно проводим вечер, а на следующий уже разносим друг друга в пух и прах?

Он зарывается рукой в волосы и с силой тянет за них, едва не вырывая с корнем.

— Потому что ты с ума меня сводишь, понятно? – рычит он. – Потому что мне приходится разрываться между тем, чего я хочу больше всего на свете, и тем, что я обещал. А теперь уходи.

Обещал?

Он весь дрожит от злости. Но меня душит такая же. Лиам уходит в тон-зал, но замирает на полдороге, услышав, что я так и не сдвинулась с места. Стоя спиной ко мне, он говорит:

— Луна, покинь студию.

Он разворачивается, снова предоставляя выбор. Осознав, что я никуда не собираюсь, опять медленно подходит ко мне, словно хищник, подбирающийся к жертве. На его прекрасном лице написан зверский голод. Он лениво пробегается глазами по моему телу, будто прикидывая, что откусить первым. Сердце не выдерживает этого жестокого томления на медленном огне.

— Прошу тебя, Лу.

Теперь он прижимает меня к стене всем своим телом, мускулистыми руками перекрывая путь к отступлению.

— Скажи мне «нет».

Похоже, внутри моей школьной любви идет война. А я свою уже проиграла.

— Скажи мне нет, Лу, – повторяет он, хватая меня за горло, чтобы показать, кто здесь главный.

— Не могу, – шепчу я, ощущая, как под властной хваткой лихорадочно бьется пульс.

Лиам издает глухой рык. Его губы выписывают петлю на линии моей челюсти, а потом останавливаются в нескольких сантиметрах от правого уха. Сердце так колотится в груди, что пульсация отдается между ног. Если он сейчас же не коснется меня там, я умру.

— Ты все еще можешь уйти, если хочешь.

Но с моих губ не срывается ни слова, и я качаю головой, потому что напряжение становится невыносимым. Мне нужно ощутить его руки на себе. Жизненно необходимо почувствовать его во мне.

— Я хочу слышать тебя, крошка Луна. Мне нужно твое согласие на то, что я собираюсь с тобой сделать.

От неожиданности я икаю. Ноги вдруг становятся ватными, и я хватаюсь за его бицепсы, чтобы не рухнуть на пол.

— Я остаюсь.

— Хорошо. Потому что я собираюсь заставить тебя заплатить за все годы твоего отсутствия.

— Обещаешь?

На моих губах расплывается дерзкая улыбка, которую он тут же стирает. В этом поцелуе нет ничего нежного. Он безжалостный, торопливый, бесстыдный. Мы сгораем от страсти. Наши языки сплетаются снова и снова. Мы так жадно пьем друг друга, что кажется, будто даже Земля замерла, перестав вращаться. И она действительно перестала. Я это чувствую.

Жадно проглатываю вырвавшийся у него хриплый стон. Его язык повсюду. У меня во рту, на шее, на ключицах. Жжение от его щетины на коже подталкивает меня только ближе к краю. Я хочу, чтобы он пометил меня, чтобы оставил свой след. Прижавшись к нему, извиваюсь, чтобы чувствовать его всем телом. Крепко держа меня за затылок, он углубляет поцелуй. Качает бедрами, потираясь о мою промежность. Даже сквозь джинсы я чувствую, как его увеличившийся в размерах член толкается мне в живот, и от этого меня почему-то наполняет неописуемое ощущение собственной власти.

А потом Лиам неожиданно легко поднимает меня, и я обвиваю ногами его талию. Не разрывая поцелуя, он пересекает студию и опускает меня на микшерный стол. За считаные секунды срывает мою одежду и голодно смотрит на обнаженное тело. Теперь я абсолютно открыта перед ним.