Книга Последняя из Танов, страница 91 – Лорен Хо

Я ужасно скучала по Линде – она бы никогда не сделала подобной глупости и не опозорилась бы публично. К тому же она никогда не влюблялась так стремительно: кучу денег за коллекцию дизайнерских сумок она выкладывала гораздо быстрее. Ее девиз – «Любовью можно называть только такое чувство, когда ты готов отдать ему свою печень». Вдохновение пришло от истории сингапурского сердцееда Пьера Пн, который сделал это в 2002 году для Андреа де Круз, своей возлюбленной (тогда еще невесты, сейчас уже жены). Это проявление смелости и любви – настолько рыцарский поступок, что по нему стали сходить с ума все до одной женщины и девушки, узнавшие эту историю, даже мы, молодежь в далеком Куала-Лумпуре. Прошел почти месяц с нашей последней встречи с Линдой. Месяц с того момента, когда она назвала меня тормозным утконосом. Месяц с тех пор, как она последний раз ущипнула меня за слово, произнесенное с американским акцентом вместо британс– кого.

Месяц – это слишком долго.

— Кхе-кхе, – произнес Суреш из-за моего плеча. Я вскрикнула и уронила фоторамку на колени. – Вас оставить наедине? – спросил он, имея в виду негламурный портрет Линды, над которым я замечталась – ее подростковую фотографию. Мне грело сердце, когда я видела, какой она была давным-давно – с торчащими во все стороны волосами, брекетами и бровями в форме головастика. Такой была и Вики Адамс до Spice Girls и Дэвида Бекхэма.

— Отстань, зануда, – сказала я, поворачиваясь в кресле, чтобы окинуть Суреша сердитым взглядом и оторваться от не совсем приличного созерцания. – Тебе что, своих проблем с женщинами не хватает?

Они с Анушей все еще спорили насчет бесплатного поместья. Чертовы избалованные богачи.

Суреш ухмыльнулся.

— Точно. Кстати, скверные новости. Я только что наткнулся на Мона в кладовке.

— Чего он хотел?

— Кажется, нам обоим завтра придется лететь вместо него в Люксембург. Помнишь тот отчет по результатам проверки, который Лех тебе присылал на прошлой неделе, – тот, после которого ты заедала стресс мармеладными мишками?

— Хм-м, – отозвалась я. Я часто ем мармеладных мишек, и не только в стрессовых ситуациях.

— «Санггух Кэпитал» хотят, чтобы мы занялись проблемой, обнаруженной люксембургскими юристами в их отчете по люксембургской холд ко, принадлежащей «ВизВэр».

«Санггух» инвестировали в какую-то новую технологию с сельскохозяйственными дронами, которую использовали на испанских и португальских фермах, под названием «ВизВэр». А люксембургская холдинговая компания (сокращенно «холд ко» на юридическом сленге) имела очень соблазнительную (если вас заводит тема налогообложения), собственно, холдинговую структуру с полностью легальной оптимизацией налогов. Это было масштабное поглощение, и Суреш тоже работал над этой сделкой, правда, ха-ха, а я в ней была старшим юристом. Ха-ха-ха.

— И почему Мон никогда не заходит к нам просто так, с интересным фактом или с шуткой «тук-тук, кто там»? – пробормотала я.

— Он бы тогда не был тем Моном, которого мы знаем и любим.

Я вздохнула.

— Мне ли не знать. Но почему нам лично нужно туда лететь? Дело же просто в небольшой задержке публикации финансовой отчетности. Судя по всему, мы этот вопрос можем решить по телефону.

Суреш пожал плечами.

— Инвестиционный комитет хочет, чтобы мы прилетели на встречу с люксембургскими юристами. И провели собственную, неформальную проверку. К тому же Тристан Лэнгфорд-Бауэр, который покрывает Сингапур в нашем лондонском офисе, тоже будет там и поможет с этим поглощением. Он отлично разбирается в люксембургских холдингах и налогообложении, и так как он все равно туда едет на какую-то конференцию, решил нам заодно помочь. Так что мы летим в Люксем– бург!