Книга Бесишь меня, Ройс Таслим, страница 133 – Лорен Хо

Ройс: Счастливого пути домой

Я (скриншоты): Ох, ты бооожеж мой, ты только посмотри, Зи, что он мне только что написал!

Зи: БОЖЕ, ДА ЭТОТ ПАРЕНЬ НА ТЕБЯ ЗАПАЛ!

Агнес: ЕЩЕ КАК ЗАПАЛ!!!

Зи: ААААА, ВИЗЖУ ОТ ВОСТОРГА! СКАЖИ ПОЦЕЛУЙ БЫЛ С ЙАССЫК?

Агнес: Что?

Зи: Не знаю, как пишется

Агнес: НЕ СКАЖУ!

Агнес:

Агнес: Аха-ха. Ахахахахах! Ой, много было языка. Просто языковое цунами!

Зи: Фууу, Агнес, КАКАЯ ГАДОСТЬ! Прекрати вываливать на меня интимные подробности. Мне же все-таки тоже нравился Ройс

Агнес:!!! О боже, ты права! Мне так стыдно, очень-очень

Агнес: Прости, прости

Зи: Ахахахахаха, так я и поверила! Что-то твой стыд на моем «измерителе гадостей» едва отражается! Жду полный отчет, и ЗАСУНЬ ЕГО ПОГЛУБЖЕ!

Агнес:

Зи: Я тебя обожаю!

Агнес: И я тебя!

— Агнес, – говорит Верн, – пожалуйста, сбавь обороты. Мне даже здесь слышно, как ты чатишься.

— Заткнись, Верн, – отвечаю я.

Я на взводе, и не только потому, что еду в Нью-Йорк, а еще и потому, что никак не могу перестать прокручивать в голове момент поцелуя Ройса. В мыслях я снова и снова вижу, как трепещут его ресницы, опускаясь. Как с каждой секундой я все сильнее ощущаю желание, пока наши губы наконец не встречаются, и тогда каждая клеточка моего тела наполняется светом, даже когда мои глаза наконец закрываются, и наши губы встречаются снова и снова, и каждый поцелуй – нежность. И по мере того, как поцелуи Ройса становятся все увереннее, он притягивает меня к себе, усиливая нажим, а потом наши губы приоткрываются и…

Я издаю крошечный и самый тихий в мире визг.

* * *

Расплата наступает, как только я заявляюсь домой поздним утром после короткого сна у Зи.

Вернувшись, я обнаруживаю, что мама ждет меня в гостиной. Стэнли нет дома: он ушел на какую-то конференцию. Мама поднимает свой телефон, на котором видно объявление о победителях полуфинала, размещенное в местной ежедневной газете. И там посреди сцены – я, а рядом со мной Верн.

— Вот же блин, – сокрушаюсь я. – Подумать не могла, что старые медиа такие быстрые.

Я надеваю на лицо маску победителя на отдыхе, хотя таковым себя совсем не чувствую.

— Позавтракай, и мы поговорим, – говорит мама.

После завтрака она усаживает меня рядом с собой.

— Значит, вчера ты была не с Зи.

— Нет. Прости, мне жаль, что ты узнала об этом таким образом.

Моему бедному сердцу пришлось многое пережить за последние двадцать четыре часа. Я стараюсь отвечать непринужденно, а сама внимательно изучаю маму на наличие признаков беспокойства.

Она поджимает губы, но выглядит на удивление спокойной.

— И это впервые? Когда ты пользуешься Зи в качестве прикрытия?

Я отвожу глаза.

— Хмм… может быть.

Мама качает головой, в ее словах сквозит разочарование.

— Не очень-то приятно узнавать, что ты была в Сингапуре, из чертовых газет. И уж точно я не испытала восторга, узнав, что ты лгала нам, что проводила вечера с Зи, а сама выступала в стендапе. Почему ты не сказала мне правду?

Я колеблюсь. Сейчас очень хороший момент, чтобы рассказать маме все, что я скрывала от нее на протяжении своего взросления, чтобы сохранить ее рассудок. Сейчас самое время признаться, поскольку она выглядит спокойной. Но я своими глазами видела такое и раньше: вот только что она была спокойной и с ней все было в порядке, а потом раз… и выпадает из реальности. Я знаю, что сейчас мама принимает лекарства для беременных, и я прочитала в Интернете, что это значит, что она пьет скорректированные или сниженные дозы или вообще другие лекарства, а рисковать я не могу.