Книга Сделать все возможное, страница 42 – Р. С. Грей

Необходимость участвовать в реальном мире вырывает меня из злодейских интриг.

— Лукас, ты же понимаешь, что единственное, что может быть печальнее, чем быть на вечере свиданий в маленьком городке, – это тайком наблюдать за одним из них?

Мой ответ ненадолго отвлекает его, но он все еще подозрителен.

— Ты опять ухмыляешься, – говорит он перед обедом.

— Неужели?

— Да, как Чеширский кот.

В этот момент из-за угла выходит Мэрайя. За последнюю неделю я осыпаю ее улыбками, фраппучино и обещанием прибавки, как только доктор Маккормик выберет меня. Она у меня в кармане.

— Пациент во второй палате ждет вас, доктор Белл, – лучится она.

— Прекрасно, – отвечаю я с благодарной улыбкой. – Спасибо, Мэрайя.

Я стучу в дверь второй смотровой и вхожу, оставляя Лукаса за собой.

Знаю, что вид счастливой меня бросает его на петлю, а его мозг замыкается при мысли о том, что от него скрывается сочная информация. Весь день я наслаждаюсь тем, как мое молчание достает его. Он не перестает смотреть на меня во время наших встреч с пациентами. Я чувствую, как он мучается в догадках, что же я могу скрывать, и пытается раскрыть мои мотивы своим взглядом. Мои загадочные улыбки – предупредительный выстрел. Когда он принимает последнего пациента, я готовлю апперкот, нагревая кексы и надевая спандекс. Я напеваю какую-то мелодию. Меня трясет от волнения. Выражение его лица, когда я побью его в собирании кубика Рубика, успокоит меня на несколько дней, если не недель.

— Доктор Белл?

Это снова Мэрайя, по другую сторону двери моего кабинета: она не решается войти.

— Входите же! – я почти пою слова, как персонаж из мультика Диснея.

Если бы я знала лирическую хореографию, еще бы и станцевала.

— Вау! Доктор Белл…

Когда я оглядываюсь через плечо, Мэрайя стоит в дверях, уставившись широко распахнутыми глазами на мой наряд. Через десять секунд ее гетеросексуальные глаза все еще не отрываются от моего декольте. Лукас описается.

— Что случилось?

Ее рот приоткрыт. Она закрывает его и качает головой.

— Доктор Тэтчер нуждается в вашей помощи…

Как по сигналу в клинике раздается громкий плач. Последним пациентом Лукаса был шестимесячный ребенок, которому нужно сделать прививки.

— Он с миссис Хэкманн и ее ребенком. Попросил вас быстрее подойти.

Может ли этот день стать еще лучше?

Мое сердце трепещет, и я снимаю бесполезный секундомер с шеи. Мэрайя с таким же успехом могла объявить, что Рождество наступило раньше.

Видите ли, с самого начала соперничества каждый из нас придерживался единственного негласного правила: никогда не просить другого о помощи. Заболела, пропустила школу и нужна копия конспектов? Я бы прошла несколько миль до другого одноклассника, но никогда не позвонила бы в соседнюю дверь. Из носа пошла кровь от упавшего карниза на школьном спектакле? Мне было бы все равно, даже если бы Лукас был директором ткацкой фабрики, я бы истекла кровью, прежде чем попросить у него платок. Так что, если Лукас действительно просит у меня спасательный круг, мне больше не нужны кексы или кубики Рубика. Я уже победила.

Плач становится все громче, и у меня нет времени переодеваться. Я хватаю с двери белый халат и накидываю его прямо на тренировочный костюм. Халат чуть длиннее моих коротких шорт, и я знаю, как пошло это выглядит. Внезапно я стала секси-доктором, как будто надела костюм прямо со стойки в супермаркете на Хэллоуин. Я улыбаюсь про себя.