Книга Моя бывшая жена, страница 61 – Оливия Лейк

— Я просто хочу знать, что за мужик крутится возле моей жены.

— Ничего тебе знать не положено. А если что-то не нравится, можешь пойти прямо у себя между ног…

— А к тебе нельзя?

Я не смог совладать с собой. Слишком Машка красивая, а когда злилась вообще атас. Румянец густой, губы алые, а мои руки алчные, загребущие…

— Не смей, – она выставила дрожащую ладонь. – Не смей, понял? Больше никогда не смей касаться меня.

Я очень медленно положил руки на руль, глядя исключительно перед собой. Это моя кара. Моя женщина боялась моих прикосновений. Нельзя давить. Никакой агрессии и силы. Я верну ее. Докажу, что больше не обижу. Главное, не потерять. Если Машку отпущу, то она уйдет навсегда. А этого допустить нельзя. Я ж только с ней человеком с душой себя ощущаю, без нее машина.

А ведь именно таким я хотел стать, стремился быть одиночкой без слабостей, но Машка все изменила. Я больше не хочу быть свободным и ненужным. Нужность ради чего-то – это фальшивка, а бескорыстно – это настоящее. Но я ведь никогда не буду больше один. У меня сын есть. Возможно, я во многом ошибся и был не прав, но сына не брошу!

— Я Пашку хочу увидеть. Пока мы не разобрались с нашими проблемами, хочу, чтобы он оставался у нас дома. Ему там будет лучше.

— Поверь, мы прекрасно живем с родителями. Он пошел в новый сад…

— Быстро ты все устроила, – не сдержал сарказма. – Сжигаешь мосты, чтобы не передумать?

— Просто двигаюсь вперед.

— Долго собираешься у родителей жить? Давай дом сниму вам, пока мы не решим, как быть дальше?

Машка закатила глаза, обреченно на меня посмотрела:

— Кирилл, ты меня совсем не слышишь?

— Ну ты реально хочешь все похереть одним росчерком ручки. Все, блядь, развод! Да нахрен он нужен! Я докажу, что смогу измениться и принять, – я обвел ее фигуру в воздухе, – всю тебя. Хочешь работай, Пашкой занимайся, рисуй, лепи, только мне позволь рядом с тобой быть! Я смогу!

— Мне это больше не нужно, понимаешь? Я не хочу. Я не прощу. Я не забуду. И жить рядом с тобой не буду.

— А я не отпущу! – вспылил резко. – Я хочу, чтобы ты и наш сын были всегда рядом.

— Когда мы были рядом, ты не особо нами интересовался! – теперь Машка иронизировала.

Крепись, Кирилл, крепись.

— Чужими женами интересоваться веселее, чем своей собственностью. Она ж собственность и не убежит.

— Маш, а ты можешь не быть такой злой стервой?

— Кирилл, мне от тебя ничего не надо. Хочешь помогать сыну – помогай. Хочешь купить ему квартиру – пожалуйста, но не нужно это ставить в один ряд с моим возвращением. Мы больше не вместе.

— Когда Пашке нужно будет отдельное жилье, сделаю. Сейчас мы говорим о тебе. Я куплю тебе квартиру, но только рядом с нашим домом. Это мое условие.

— Возьми Пашу завтра после садика, – неожиданно спокойно заговорила, – у меня ночное дежурство. Я его сегодня подготовлю, что папа приедет. А теперь открой дверь. Меня дома ждут.

— Последний вопрос: кто этот главврач?

Машка тяжело вздохнула, но, кажется, так устала, что не могла бороться.

— Это бывший куратор моей ординатуры.

Я начал вспоминать. У меня отличная память на имена и лица.

— Бельский, да? Ты восхищалась им, помнится.

— Я никогда не восхищалась другими мужчинами, когда ты был со мной.

— А может, я не чувствовал себя с тобой? Нужным себя не чувствовал. Что любишь, Маш, не ощущал, а?