Книга Моя бывшая жена, страница 164 – Оливия Лейк

— Поздравляю, Папаша! – ко мне спешила Ника. – Быстро отстрелялись, – улыбалась она.

Ничего себе быстро – пять часов!

— Как прошло? Я могу ее увидеть?

— Можешь. Обеих. Пойдем сначала знакомиться.

Меня привели в блок новорожденных. Показали маленькую, красную, сморщенную малышку. Вроде ничего особенного, но когда опытная нянечка (а что она именно такая, сомнений не было) с величайшей осторожностью положила на сгиб руки крошечный комочек весом три с половиной килограмма, светлым пушком на голове и голубыми бусинами глаз – это была любовь с первого взгляда.

— Привет, – тихо произнес. – Привет, девочка.

Дочка с полминуты глядела на меня, потом зарыдала, да так громко, ух характерная! Меня выпроводили, конечно. Вышел счастливым и очень хотел сказать спасибо Машке за это.

Маша

У меня глаза слипались, когда услышала, что ко мне пробивается Кир. Палата предполагала посещения, но Тамара Тимофеевна поставила на входе нового интерна, чтобы стерег мой покой и не позволял моим девчонкам из патологии бегать, поздравлять меня. Но мужа-то как не пускать! Чувствовала я себя хорошо, свежая сорочка на мне, глаза, правда, закрывались от усталости, но увидеть его хочу.

— Слышь ты, – услышала нотки бешенства. Кирилл явно закипал, – ты меня пытаешься к жене не пустить?!

В нашем случае штамп в паспорте не имел никакого значения. Для нас обоих. Я жена, он муж и без разницы, что там в акте гражданского состояния написано.

— А ну-ка… – донеслось раскатистое. Я нажала кнопку вызова персонала.

Вбежал бледный интернет и хмурый Кирилл. Я улыбнулась.

— Привет, – я смотрела только на мужа.

— Привет, – морщинки на лбу разгладились, перетекая в лучики вокруг глаз. – Я видел кроху, – присел ко мне на койку. Интерн куда-то испарился. – Такая мелкая, характерная, красивая. На тебя похожа.

— Ты рад? – спросила тихо.

— Очень.

Он наклонился ко мне и нежно поцеловал в губы. Я зевнул и взяла его за руку.

— Устала?

— Нет. Ну немножко, – потом, кажется, уснула и была счастлива.

Нас с малышкой встречали застольем, шарами и цветами, тихим весельем. Дочка наелась смеси и крепко спала. Нас выписали спустя два дня, с лактацией у меня пока не очень.

Отметили очень узким кругом: Павел Аркадьевич пустил скупую слезу, глядя на внучку, уже и не ждал он. Моя мама, кажется, нашла еще один смысл радоваться жизни – после смерти папы с этим было туго. Кира с мужем просто искренне умилялись – хотели дочку, но два мальчишки у них. Парням: одному восемнадцать, второму шестнадцать. Там уже женихи! Мой любимый сыночек крутился рядом, с интересом рассматривая сестренку. Он, услышав тихое хныканье, назвал ее котенком. А вот мы все еще не определились с именем.

Когда все разошлись, мы с Кириллом прикрыли дверь и остались в спальне втроем. Грудь налилась, и я попробовала приложить к ней дочь. Она, видно, проголодалась и вцепилась в сосок.

— Может, Настя? – спросила шепотом.

Мы обсуждали много вариантов, но все не то. Анастасия – прекрасное имя и так звали маму Кирилла.

— Ты очень красивая, – произнес тихо, рассматривая нас с Настей. – Спасибо, Маш.

— За что? – обронила едва слышно.

— За твою любовь.

Кирилл осторожно коснулся лба дочери губами и, сев так, чтобы меня обнимать, поцеловал нетерпеливо.

— Я люблю тебя, Кир.

Возможно, наши чувства, брак, семья для кого-то недостаточно правильные, с множеством ошибок и оговорок, но это наше. Другого нам не нужно. Наверное, нам необходимо было дозреть, чтобы принять друг друга и самих себя, не стараясь переделать. Это было долго и через тернии, но это время позволило понять, что мы не только половинки, мы по-настоящему целое. И от нашего союза родилось двое чудесных детей.

— Пап, можно тебя? – к нам заглянул Паша.

— Иди сюда, посиди с нами, – позвал Кирилл.

Сын присел осторожно и заглянул в личико малютки.

— Мелкая, но ничего так.

Мы продолжали шептаться и рассуждать, куда поедем вчетвером летом. Теперь я не сомневалась, что у нас все будет хорошо. Все в наших руках…

Конец