Книга Моя бывшая жена, страница 162 – Оливия Лейк

Но сегодня все было по-другому: она стояла возле большого зеркала, в летнем бледно-желтом платье, красила губы, волосы отросли и вьющейся волной закрывали всю спину, если бы не знал точно, что в загс мы не собираемся, решил бы, что передо мной невеста. Ну и что, что на последнем месяце беременности? И не такое встречается! Но…

Машка не хотела больше замуж. Она призналась в этом в одном из откровенных разговор, которые мы вели ночью. Да, у нас как-то сам собой родился новый ритуал: шепотом, в темноте делиться секретами, страхами, сомнениями. Да, у меня все это тоже было, только раньше делиться – было равнозначно ныть, а я ж мужик, не так меня воспитывали! Поумнел я к сорока пяти годам. Поздно, да, но лучше, чем никогда.

Я не любил ультиматумов, но признание им и не было. Маша просто поделилась со мной этим, а мой выбор принять или нет. Конечно, какая-то часть меня хотела затащить ее в пещеру и сделать своей по всем правилам и законам. Чтобы все знали «Моя!», но я борюсь со своими демонами. Вроде успешно. Машка просыпалась в моих объятиях, улыбалась мне, жила со мной! Ну и нахрен мне печать в паспорте?! Если моей женщине так спокойнее, пусть будет так. А для меня справедливый урок и наказание, что уж тут: это стремление Машки родилось не на пустом месте. После брака со мной решила, что больше не будет полностью принадлежать кому-то, кроме себя самой. Даже детям.

С Пашкой понятно: он и сам уже рвался во взрослую жизнь, хотя всего пятнадцать. Ключи от квартиры матери выпрашивал каждые выходные. Очень ждал свои восемнадцать, чтобы отстрелить в университет. У сына большие успехи в программировании, которые уже сделали его финансово независимым. А еще Пашка в игровых турнирах участвовал, что приносило еще больше денег. Но самое удивительное, что он оставлял себе на карманные расходы, остальное отдавал нам. Машка клада деньги на его накопительный счет. Но у Пашки свой план – он начал копить на квартиру и так расплачивался с нами, типа ипотека у него. Я ведь обещал, что жильем обеспечу, когда время придет, но сын хотел сам. Независимым растет, весь в мать.

Мы с Машкой через неделю после моего дня рождения поняли, что разрываться между двумя квартирами, неудобно. Они с Пашкой переехали ко мне. Он принял как само собой разумеющееся. Как и то, что будет сестра – будет и будет. Сфера его интересов уже далека от пополнения в семействе: друзья, компьютеры, девчонки.

Машка схватилась за живот, другой рукой оперлась о дверцу шкафа. Я бросился к ней.

— Маш, все нормально? – приобнял ее. – Болит где-то?

Она взяла меня за руку и посмотрела на часы.

— Все хорошо. Промежуток между схватками большой.

— Схватками? – переспросил я. – Ты рожаешь, что ли?!

Машка кивнула и жестом попросила помочь устроиться в кресле. Я был в шоке. Прям вот уже рожаем?!

— А чего ты садишься?! Поехали!

— Подай косметичку, губы накрашу.

Спокойствие Машки обескураживало!

— У тебя охренительные губы и так, – бросил нетерпеливо. – Какие сумки брать? Ты ж собирала. Эту? – показал на небольшую спортивную. – Или эту? – на изящный бирюзовый чемоданчик. – Или оба? А что ты улыбаешься?

— Ты знаешь, что я тебя люблю? – Машка вся аж светилась. Я не мог припомнить, чтобы с Пашкой было так же. Казалось, что мы оба куда-то торопились, совершенно не проживали момент. А ведь ей невероятно шла беременность. Женщина без возраста. Нет, на юную молодку не похожа. Это зрелая и сочная красота. Женская.