Книга Моя бывшая жена, страница 148 – Оливия Лейк

Мне кажется, сына особенно устраивало, что официально не обзавелся отчимом и мачехой. Я осталась верной себе – больше никакого замужества. Что и как у Кирилла не знаю. Не интересовалась.

— Привет, – сказала, открыв дверь. – Паша только сумку начал собирать. Так что заходи.

— А ты куда такая красивая? – Кирилл двинулся вслед за мной.

Я уже надела вечернее платье и на ходу застегивала массивные серьги. Еще туфли найти нужно.

— Идем на прием с министерскими, – ответила и крикнула: – Паша, папа пришел!

Мы вышли все вместе. Саша поехал встречать родителей: они прилетели из Берлина. С корабля на бал. Сегодня он выступал с лекцией на тему генетических мутаций и разработках, позволявших минимизировать риски. За последние четыре года он очень плотно занялся научной деятельностью. Сейчас руководил научно-исследовательским медицинским центром, плотно связанным с немецкими клиниками. У нас в больнице, соответственно, новый главврач, при котором я стала заведующей патологии.

— Пока, сыночек, – поцеловала Пашу. – Занимайся, ладно?

— Ага, – усмехнулся, устраиваясь на переднем сиденье отцовского внедорожника.

— Кир, у него на носу итоговые контрольные.

— Да мы поняли, Маша, поняли. Да, Паха? – подмигнул ему. Тот энергично закивал. Спелись.

Я приехала в банкетный зал на Рублево-Успенском. Здесь собрались чиновники из Министерства здравоохранения и видные научные деятели.

— Привет, красавица, – Саша поцеловал меня в обнаженное плечо и положил руку себе на локоть. – Выглядишь, как жена министра, не меньше.

Я слабо улыбнулась и прошла с ним в зал. Он предлагал мне выйти замуж, ненавязчиво, будто в шутку, но я честно сказала, что больше не хочу. Разве штамп в паспорте – значит больше чувств? Разве он может уберечь от расставания? Нет на оба вопроса. Возможно, если бы мы задумались о детях, но Александр Бельский слишком погрузился в новые открытия медицины и своего гения в ней. Меня это устраивало – у меня ведь был ребенок. Сашу, кажется, тоже.

— Лидия Евгеньевна, Александр Семенович, – поздоровалась с его родителями. Мы летали вместе в Германию, я успела с ними познакомиться.

— Здравствуйте, Маша, – Александр Семенович улыбнулся и попросил моей поддержки. – Поддержите нас с Лидой: Саша уже месяц обещает, что подумает о предложении Шарите. Его там ждет прекрасная исследовательская практика! А вам, Машенька, очень понравится в Германии. Хорошие акушеры сейчас на вес золота. Поверьте, я знаю, о чем говорю.

Я перевела изумленный взгляд на Сашу. Мы не говорил об этом. В первый раз слышу, что он рассматривал возможность переезда.

— Саш, а ты как это видишь вообще?

Мы обсуждали этот вопрос неделю. Пока просто чисто теоретически.

— Я не смогу Пашу увезти: здесь его отец, родня, школа, интересы.

— Скоро каникулы. Мы можем слетать туда в отпуск. Для Паши это прекрасная возможность. Дети быстро ассимилируются. Нам не нужно торопиться, Маша. Просто подумать, посмотреть.

— Не знаю, Саш, не знаю… – я отвлеклась на звонок. Мама что-то звонила. – Привет, мам, – я едва разбирала, что она говорила. – Мам, что случилось?

— Папа… – плакала она. – Мы в больнице… Инфаркт, Маша. Он в реанимации, остановка сердца. Приезжай…

— Что? – обеспокоенно спросил Саша.

— Папа в реанимации… – прошептала одними губами, роняя беззвучные слезы. В последний год его здоровье ухудшилось, но вроде на поправку шел, а сейчас…