Книга Апокалипсис 1920, страница 44 – Артем Рудик, Вика Вокс

Две недели пролетели быстро. В этом Содоме эпохи модерна, которым являлся современный Шанхай, время текло совсем иначе. Особенно, во время вечеринок и беснований, что разгорались по вечерам в местных питейных и прочих увеселительных заведениях. Сколько я успел посетить подобных разгульных мероприятий за то время, пока ждал сигнала от Феликса!

Танцевал под заводную музыку портовых трактиров. Бил лица осевшим в Китае немцам и австриякам, напоминая им о Великой Войне и отыгрываясь за Брестский мир. Затем подружился с британскими моряками и пару дней подряд праздно скитался с ними вплоть до того момента, как они не сцепились с матросами Франции. Мне не хотелось участвовать в их конфликте и выбирать сторону, а потому я отправился в район, где оседали "наши".

Там я был готов конфликтовать гораздо активнее даже, чем с немцами, потому что те хоть и были на другой стороне в Великой Войне, но всё же иногда являлись очень даже хорошими ребятами, которых также кинули на фронт во имя империалистических интересов. Я этому внял ещё на фронте. А потому, драки с ними были скорее дружескими, какими бывают драки детей, после которых мальчишки сразу же становятся друзьями на всю жизнь.

А вот драться с белыми меня обязывал мой пролетарский долг. Потому что они и были теми, кто отсылал нас на войну во имя прихотей царя. А до того, отсылали нас в Сибирь, на каторгу. И никакой пощады к ним быть не могло. Правда, мне было слишком сложно сразу разобраться, кем были встреченные мной соотечественники. Конечно, они явно выделялись среди местного населения, да и даже среди приезжих. Но всё же вычислить беглого царского офицера и отличить его, например, от беглого анархиста, было крайне сложно.

В том же Харбине, верно, это было бы и вовсе невозможно, поэтому мне ещё повезло, что я встретил хотя бы одного бывшего белого генерала, да ещё и в мундире. Он как раз отправлялся в "Ад" и мне очень захотелось его туда сопроводить. А потому я затеял драку. Даже прежде, чем что-либо ему сказать. Просто увидел, закипел яростью, и кинулся с когтями и зубами на идеологического противника. Тот, впрочем, оказался не промах и отлично держался. Да так, что мы больше часа пытались друг друга перебороть и только потом поняли, что это, в целом бесперспективное занятие.

Поэтому, мы единогласно согласились прекратить насилие и решить наш спор словами. Это была увлекательнейшая полемика, в ходе которой мы о чём только не спорили. Дошли даже до того, что стали хвалиться, чей режим более кровожадный и безжалостный. Конечно, это было в шутку. Как и всё словесное соревнование, происходившее из чистого уважения к бескомпромиссности друг друга. Он даже поспорил, что докажет жестокость своего правления тем, что съест человека и даже собрался идти снимать местную девчушку.

Но в этот момент моя чуйка подсказала мне возвращаться на своё место и продолжать слежку, которую я прервал на несколько дней. Поэтому я тактично откланялся и под благовидным предлогом, покинул своего врага. Прогулявшись ещё немного по этому городу греха, я вновь занял позицию на крыше, напротив "Ада". Спустя пару часов, в окне Феликса зажегся свет. Он сразу же стал подавать сигналы морзянкой:"*--* *-* ** **** --– -** **".