Книга Это все монтаж, страница 16 – Лори Девор

ДЖУЛИЯ: Одна уже лежит у меня в корзине на Amazon. Нужно только нажать на курок. Очень интересно, что же она пишет, учитывая ее образ на шоу!

ДРЮ: Как они называются, напомни? «Честная игра»?

ДЖУЛИЯ: И «Конец пути». Похоже, планировалась еще и третья книга, но она так и не вышла.

ДРЮ: Звучит как-то мило. Не похоже на Жак.

ДЖУЛИЯ: Судя по отзывам, все не так мило. Есть в них что-то мрачное, похоже. Но да, все равно романтика.

ДРЮ: Ну, наверное, она в этом толк знает. Между ней и Маркусом определенно есть химия.

ДЖУЛИЯ: Сто процентов! Может, вся эта фишка с дрянной девчонкой – просто из-за нервов от первой недели, и она расслабится по ходу сезона? Хотя, судя по анонсам, вряд ли это случится.

ДРЮ: [Вздыхает.] Ну я все равно надеюсь. Не знаю, выдержу ли я еще одну победительницу как в 26-м сезоне.

ДЖУЛИЯ: Поживем – увидим, как говорится. А пока что будем пытаться понять ее расчетливый ум через ее творчество.

ДРЮ: [Смеется.] Расскажи, что узнаешь.

ДЖУЛИЯ: Будем справедливы к Жак – в каждом сезоне должна быть отборная сука.

ДРЮ: Как же ты права! Поэтому-то прошлый сезон, когда они набрали парней, вышел таким скучным. Ребятам такое на себе не вывезти – без обид, Маркус.

Церемония исключения начинается перед восходом солнца и тянется вечность. Мы все жутко устали. Я почти уверена, что совершила смертный грех, когда в шутку сказала пьяной Рикки, что на месте Бонни немного постыдилась бы хвастаться вторым местом в конкурсе «Мисс Техас». Надеюсь, это не попадет в эфир (зря надеялась, попало, но все равно считаю, что была права). Я стою на ступенях в ожидании момента, когда Маркус начнет называть наши имена, и, уступая минутной слабости, скольжу взглядом туда, где стоит он – Генри, – сверяя что-то на планшете в руках своего ассистента со своим телефоном, на котором он пишет то ли сообщения, то ли заметки. Ничто в нем не выглядит так устало, как я себя чувствую.

Он будто ощущает, что я на него смотрю, и поднимает на меня взгляд. Я торопливо отворачиваюсь и перевожу внимание на Маркуса. Рядом с ним Брендан и Бекка, которые, кажется, появляются, только когда где-то поблизости есть камера.

— Дамы, – говорит Бекка, – сейчас Маркус пригласит тех из вас, с кем хотел бы провести больше времени, заселиться в дом. Если вы не получите приглашение на следующую неделю, ваше путешествие закончится здесь и сейчас.

— Мне было очень приятно с вами познакомиться, – дипломатично говорит Маркус. – Я очень благодарен вам за тот долгий путь, который вы проделали, чтобы попробовать обрести со мной любовь, и даже если вы не получите от меня приглашение, я надеюсь, что мы расстанемся друзьями.

Я пытаюсь сохранять нейтральное выражение лица. Маркус отдает двадцать приглашений и отправляет пять девочек домой. Я получаю свое приглашение пятой.

— Жак, я хочу, чтобы ты осталась еще на неделю.

Приглашения вычурные, написаны замысловатым курсивом: «Маркус Беллами приглашает вас заселиться в особняк «Единственной». В конце церемонии Маркус смотрит всем, кого не выбрал, прямо в глаза и говорит:

— Извини, но ты – не моя единственная.

Я пьяная. Я ничего не могу с собой поделать. После того, как он отправляет первую девочку собирать вещи с этой фразой, я начинаю смеяться. Тихонько, но не настолько, чтобы те, кто стоят со мной рядом, не заметили. Девочки неловко переминаются с ноги на ногу, и я пытаюсь успокоиться, прячу лицо в ладони и стараюсь взять себя в руки. Мне должно быть стыдно, но мой мозг даже не пытается осмыслить эту эмоцию, и я вижу, что Маркус улыбается мне, как будто заметил, что я смеюсь, и ему это понравилось. Только Бонни, которую только что исключили, плачет, и мне очень хочется отмотать время назад. Смех – это моя психосоматическая реакция на неудобные ситуации.