Книга Найди сердце королевы, страница 140 – Фэя Моран

Его пальцы так ловко движутся, что я неосознанно выгибаюсь навстречу им, но не могу делать слишком больших телодвижений, потому что второй рукой Гай крепко удерживаем меня на месте. Он касается моей груди под лифчиком, не слишком сильно сжимая её, а я совсем уже теряю связь с реальностью.

Это рай. Я просто в раю.

Нет ничего приятнее, чем его прикосновения, нет ничего более прекрасного, чем то, как меня трогает Гай Харкнесс. И я чувствую, словно принадлежу ему, и я даже не против этого. Никто никогда не получал от меня разрешения притрагиваться ко мне. А ему я готова разрешать трогать себя везде, где только ему захочется.

Гай прижимается ко мне сильнее:

— Ах, чёрт… – глухо стонет он мне в волосы. – Что ты делаешь со мной, Каталина?

Его рука скользит по моей промежности, совершает круговые движения, а я едва не плачу от удовольствия. Его стон заставляет меня распаляться сильнее.

И вот я почти готова. Я чувствую, как нарастает дрожь во всём теле, как растёт возбуждение, которое вихрем пробирается к каждой косточке моего тела…

Как вдруг распахивается дверь.

Вскрикнув от неожиданности, я зарываюсь под одеяло, закрывая все голые участки своего тела, а Гай вынужденно убирает руки.

— Твою мать! – пищит Нейт, и я отсюда даже замечаю, как он дёргается в сторону. – Мать моя женщина! Это что за дела?!

— Ура, они в кои-то веки потрахались, – слышится следом голос Зайда. – Или начинали трахаться, а мы помешали.

Я выныриваю из одеяла, бросая на них сердитый взгляд. Сейчас мне хочется швырнуть в них целый шкаф, набитый кирпичами.

— Если вы сейчас же… – начинает Гай грубо, но Зайд его почти с безразличным видом перебивает:

— Ты же сам звал нас на казнь тех долбоящеров у тебя в Пыточной. Прости уж, что ты сам, сука, не назначил точное, блядь, время, из-за чего мы припёрлись именно сейчас. Сам виноват. Разве я не прав, Нейт?

— Вот же блин! – прикрывая глаза и отворачиваясь, ноет Нейт. – Она же мне как сестрёнка, фу!

— Не выёбывайся, – закатывает глаза Зайд. – Сам ведь только вчера хотел поспорить со мной, когда же они впервые потрахаются. Блядь, и не забывай, что творите вы с Моникой. Так что не тебе осуждать людей за секс.

— Исчезните оба! – громко прикрикивает Гай.

— А можно к вам присоединиться?

— Зайд!

— Ой, ебать! Ну, попытка не пытка.

Переглянувшись, наши неожиданные гости действительно выходят из спальни, захлопывая за собой дверь.

Я раздражённо вздыхаю, закрывая лицо от смущения. У меня до сих пор всё внизу горит. Но потом я громко смеюсь от неловкости произошедшего.

— Какой кошма-а-ар, – выдыхаю сквозь пальцы.

— Теперь они будут вечность об этом припоминать.

— Спасибо, Гай! Я сама бы, конечно, не догадалась!

— Особенно Зайд.

Я бью его кулачком в плечо:

— Перестань! Ты не помогаешь!

Гай смеётся, вставая, а я едва сдерживаюсь, чтобы не запротестовать во всё горло его внезапному исчезновению из кровати. Пока он раскрывает шторы, я любуюсь его совершенным телом, жалея о том, что на нём висит это проклятое полотенце. Наверняка под ним у Гая тоже всё в порядке. Он открывает шкаф в поиске одежды. Я гляжу на проступающий рельеф его мышц на спине, плечах и груди, когда он хватает вешалку с рубашкой, провожу взглядом по кубикам на прессе, по татуировкам и шрамам.