Книга Младшая сестра, страница 91 – Джейн Остин, Кэтрин Хаббэк

— А вы суровы, мисс Уотсон, – рассмеялся сэр Уильям.

— Полагаю, вы ко мне несправедливы: следовало бы назвать меня великодушной, ведь я с такой готовностью признаю ваши притязания на высшие добродетели.

— Хорошо, но скажите, вы действительно находите мисс Осборн умной?

— Вынуждена отказаться от обсуждения, поскольку не готова судить об этом.

— Раз уж вы не желаете говорить, следует ли мне сделать вывод, что я вам не по душе? – неуверенно спросил сэр Уильям.

— Ни в коем случае. Могу позволить вам сделать из моего молчания только один вывод: мисс Осборн была бескорыстно добра ко мне и заслуживает моей благодарности, однако я слишком мало с нею знакома, чтобы составить мнение о ее талантах и способностях.

— Вы считаете ее красивой?

— Очень красивой, – с жаром подтвердила Эмма, – чему немало способствует приветливое выражение лица. Вы, несомненно, должны ею восхищаться.

Сэр Уильям уклонился от ответа, и Эмма заподозрила, что, будь его восхищение поверхностным, он с готовностью рассыпался бы в похвалах. Однако ее поражало, что мисс Осборн в обращении с сэром Уильямом переменчива и капризна, словно не хочет его поощрять или пытается играть на его чувствах, тогда как сам он, вместо того чтобы попытаться преодолеть препятствия, кажется, предпочитает искать утешения у других.

Тут Эмме пришло в голову, что она не иначе как заколдована, раз уж обречена служить марионеткой в руках окружающих, которые, кажется, постоянно играют при ней какие‑то роли, но какие – ей невдомек. Быть может, все они глумятся над ее чувствами или втайне потешаются, для чего и подтолкнули ее к появлению в высшем обществе, решительно не подходящем ей по нынешнему положению.

Эмма попыталась избавиться от этого неприятного чувства, но оно прочно овладело ее сознанием; прежде оживленное личико снова затуманилось, движения стали вялыми, и весь ее облик выдавал усталость и подавленность.

Сэр Уильям без стеснения наблюдал за Эммой, что немало раздражало ее. Немного погодя он снова подал голос:

— Значит, вы с ней не так уж и дружны, как мне почудилось.

Эти слова заставили Эмму, успевшую к тому моменту позабыть, о чем они недавно беседовали, слегка вздрогнуть. Озадаченная, она предпочла промолчать.

— Я имею в виду, – пояснил сэр Уильям, – что мне почудилось, будто вы близкие подруги, вот я и хотел услышать ваше мнение о ней – то бишь о мисс Осборн.

— Поверьте, мое мнение мало чего стоит, сэр Уильям, но скажу вот что: хоть я и не могу назвать себя другом мисс Осборн, она уделила мне очень много внимания, что, естественно, расположило меня к ней, и, будь мы с ней равны по положению, я осмелилась бы утверждать, что наше знакомство вполне может перерасти в дружбу.

Это заявление, по-видимому, удовлетворило сэра Уильяма, поскольку он перестал говорить о мисс Осборн и пустился в пылкие рассуждения о природе дружбы, которые забавляли Эмму до тех пор, пока у нее оставались силы на танцы и внимание к своему кавалеру. Однако под конец она совсем изнемогла, сдалась и была рада отдохнуть в уголке, когда завершились два отданных сэру Уильяму танца. Здесь ее и нашла мисс Осборн. Тронутая утомленным видом мисс Уотсон, а возможно, руководствуясь иными побуждениями, она после непродолжительных возражений все же позволила гостье удалиться на отдых.