Книга Мой темный Ромео, страница 47 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

Олли фБ: Черт! Значит, точно нет.

Ромео Коста: Джентльмен не болтает о своих любовных связях.

Олли фБ: Ой, да брось, придурок.

Олли фБ: Хватит прикидываться джентльменом. Мне встречались дилдо, превосходящие тебя благородством.

Зак Сан: @OllievB, тебе встречались дилдо? В обществе или в интимной обстановке? Или и так и так?

Ромео Коста: Не могу поверить, что почти два десятилетия учебы в лучших заведениях Америки принесли мне вас в качестве лучших друзей.

Олли фБ: Да будет тебе известно, я просто прелесть и первоклассный друг.

Олли фБ: И рад это доказать. Может, лишить ее девственности ради тебя?

Ромео Коста: Еще хоть раз пошутишь на эту тему, и я лично отрежу тебе член и скормлю его кусок за куском, пока не задохнешься.

Зак Сан: Истерический припадок № 2 должным образом зафиксирован и занесен в протокол собрания.

Зак Сан: Эта женщина превратила тебя в примата.

Олли фБ:…

Олли фБ: Это значит «нет»?

= Ромео =

Предупреждающие знаки вспыхивали ярко и громко, призывая меня прислушаться.

Как оказалось, я был так рад любоваться золотистым румянцем моей невесты, ее соблазнительной шеей, полной грудью и ужасающей красотой, что ослабил бдительность.

Она выглядела восхитительно даже в перепачканном пеньюаре. Была так мучительно юна, невинна и полна жизни. Ласкать ее грудь было все равно что разлить чернила по свежевыпавшему снегу. Безупречное прегрешение. Пятнание чистого.

Подписание брачного договора прошло без сучка и задоринки. Печенька вчитывалась в каждое слово, десяток раз оставила свою подпись над пунктирной линией и слушала, кивая при необходимости. Она впервые проявила признаки рациональности.

Это должно было стать для меня первым звоночком.

Ее дерзость вернулась в полном объеме, когда наши юристы уехали и прибыла Кара с новыми нарядами. Печенька пристально рассмотрела пятидесятисемилетнюю Кару с обручальным кольцом на пальце. Ее плечи поникли.

Бесстрастное выражение лица у моей невесты выходило не лучше, чем у нетерпеливого щенка.

— Эта одежда – визуальное оскорбление для всего мира. Будет выглядеть так, словно я переоделась шестидесятилетней старушкой. – Даллас разбрасывала по паркетному полу кашемировые платья и кардиганы ручной вязки, пока выбирала наряд для ужина.

У меня подскочила температура. Я терпеть не мог беспорядок, а она во всем была неряхой.

Кара вилась вокруг Даллас, подавая ей разные предметы одежды. Хэтти присоединилась к сборищу, посмеиваясь всякий раз, когда Даллас испытывала терпение Кары.

Я подозревал, что они быстро подружились, пока я был в своем пентхаусе в Вудли-Парке. Я не возражал. Хорошо, что Печеньке есть с кем поговорить. Потому что этим человеком буду не я.

Тем не менее я был не в восторге от того, что мне пришлось воочию наблюдать эту сцену.

Кара взяла в руки клетчатый свитер.

— А что не так с этим платьем?

Даллас недовольно высунула язык, как ребенок, лишь бы досадить мне.

— Я буду выглядеть в нем так, будто собираюсь разразиться монологом о том, что уже восемьдесят четыре года не видела своего возлюбленного.

Хэтти, которая уловила отсылку к «Титанику», повалилась на пол, хватаясь за живот от смеха. Растерянная Кара уперла руки в бока.

— Это уже шестнадцатое платье, которое вы примерили, юная леди. Умопомрачительное платье. Классическое. Стоит целое состояние. Я не слышала никаких жалоб, когда Ромео купил такое для своей бывшей дев…