Книга Мой темный Ромео, страница 135 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

Шепард Таунсенд вращался в мире мужчин, в котором женщины – пустое место. Простые, взбалмошные создания, которых можно утихомирить кредиткой.

Он считал, я обрету счастье с Мэдисоном, и точно так же рассчитывал, что привыкну к Ромео. В конце концов, они оба привлекательны внешне и неприлично богаты. Чего еще может желать женщина?

И правда, чего?

Возможно, права голоса. Свободы воли. Уважения.

Мой отец был шовинистом. Как и все остальные в Чапел-Фолз. А теперь, когда я больше не жила под его крышей, то могла показать ему, что думаю о его мировоззрении.

На папином лице отразилось удивление.

— Наверняка сможешь уделить мне несколько минут.

Пока Хэтти и Вернон спешили удалиться, чтобы предоставить нам нежеланное уединение, я слонялась вокруг островка, собирая ингредиенты для домашних взбитых сливок.

— Почему ты так уверен? Потому что у меня нет детей, которых нужно воспитывать? Потому что мне не нужно мыть полы? Устраивать обеды? Потому что я женщина, папа?

Если так пойдет и дальше, то ему понадобится автопогрузчик, чтобы вернуть челюсть на место. С другой стороны, возможно, он сможет извиниться перед общественностью за свой шовинизм, пожертвовав глаза науке. Я даже не знала, что они могут стать такими огромными. Или быть такими пустыми. Как две пустынные планеты.

— Да откуда все это? Ты была такой милой. – Папа выронил шляпу, и та полетела на пол. – Что с тобой случилось?

— То, что случается с каждой девушкой, которая сбегает из Чапел-Фолз. – На моих губах промелькнула печальная улыбка. – Я повзрослела и поняла, что за увитыми плющом стенами Чапел-Фолз есть жизнь. И в этой жизни женщинам позволено совершать ошибки, быть людьми, проживать жизнь так же полно, как и мужчинам, не платя за это ужасную цену.

— Ты знала, что случится, если тебя застанут с мужчиной до брака. Не я придумал правила. А общество.

— Да, две тысячи лет назад. Большая часть американского общества больше не живет как мы.

— Ты злилась на меня еще до переезда в Мэриленд. – Отчего-то он стал казаться меньше. Старше. Не таким могучим, как я помнила. Время, проведенное порознь, погасило то величественное сияние, что он источал. То, которое каждая девочка видит в своем отце, пока его не стирает реальность.

— Да. – Я вымыла руки, вытерла их полотенцем, а с ними стерла и все иллюзии, касающиеся отцовской заботы обо мне. – После того как ты отдал меня Ромео, я поняла, что и Мэдисона тоже не выбирала. В то время я согласилась, чтобы не расстраивать тебя. Ты никогда не давал мне права голоса. Как иронично, что в итоге я все равно обрела его, и не где-нибудь, а в позолоченной клетке, в которую ты меня отправил.

Папа оглядел окружающую обстановку. Красоту. Изобилие. Богатство.

— Я думал, он будет добр к тебе. У Косты безупречная репутация. Неужели здесь правда так плохо?

Нет. Вовсе нет.

Но все равно это не мой выбор.

Только я приготовилась высказать ему все, что думаю, как в коридоре послышались быстрые шаги. Этот темп. Спокойная уверенность. Это мог быть только мой муж.

А потом разом произошли два события. Во-первых, мое сердце подскочило от желания увидеть его снова, хотя прошло всего три часа с тех пор, как он лакомился мной на завтрак. А во-вторых, мои нервы, которые и так уже были натянуты и готовы ударить по коже, словно резиновые ленты, вытянулись в струнку.