Книга Мой темный Ромео, страница 137 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

— Что ж, я смотрю на тебя сейчас, – огрызнулась я. – И мне нравится то, что я вижу.

Он отпрянул.

— Ты пьяна?

— Разве я не могу расщедриться на комплимент?

— В этих отношениях расщедриваюсь только я. Немедленно прекрати. – Наши взгляды так цепко слились, что я не знала, как отвести свой. Ромео отвернулся первым, покачав головой. – Я в тренажерный зал.

Я бы пошла за ним. Правда. Но тренажеры напоминали мне дальних родственников гильотин. Я не виновата, что пришла в этот мир с непомерными инстинктами самосохранения.

Я надулась.

— Ты все время ходишь в тренажерный зал.

— Верно. – Ромео открыл холодильник, взял оттуда бутылку воды и залпом ее выпил. – Я хочу прожить больше тридцати трех, а похоже, что твоя главная цель в жизни – изматывать меня. – Он смял бутылку в кулаке и бросил ее в мусорное ведро.

— Ты потом придешь в мою комнату? – Я сразу же пожалела, что спросила. Прозвучало очень навязчиво.

Я никогда не ждала, что Ромео придет. Он просто приходил. А в те редкие случаи, когда этого не случалось, я делала вид, будто не заметила.

Ромео полностью повернулся ко мне, изучая меня взглядом.

— Зачем?

Ладно. Можно было обойтись и без такого скептицизма.

— Может, я по тебе соскучилась, – тихо ответила я.

— Хотелось бы надеяться, что нет. Возможно, мы больше не враги, Печенька, но возлюбленными никогда не станем. – Он задел меня плечом, выходя из кухни. – Проследи, чтобы Хэтти отмыла весь растаявший шоколад со стола. Если я найду в особняке хоть одного муравья, головы полетят с плеч.

= Даллас =

После того как Ромео огорошил меня горькой правдой, я набрала себе ванну, чтобы отмыться от его слов. Я хотела, чтобы мы были парой. Настоящей парой. Не знаю точно, когда это случилось, но едва такое желание возникло, любой другой исход обернулся бы для меня опустошением.

Второй удар этого дня настиг меня в виде розового пятна на нижнем белье. Большого, насыщенного, недвусмысленного. Да еще и на день раньше срока. Я поднесла хлопок к свету, будто оставались какие-то сомнения в том, что это такое. Зрелище сразило меня до самого нутра. А из зияющей раны хлынуло страдание. Это пятно воспринималось мной как предательство. Горе и ненависть к себе. Я расправилась с тканью своими самыми острыми ножницами, выбросила изрезанные обрывки в ведро и вынула пробку из ванны, не желая купаться в собственной крови. Я бы даже душ не стала принимать, если бы сегодня утром от меня не разило, как из притона. Так что я быстро ополоснулась, надела самую удобную, самую детскую пижаму и забралась под одеяло.

Третий удар нагрянул, когда я заставила себя поплакать, но не смогла выдавить ни слезинки, которые ускользали от меня всю мою жизнь. Мне нужно было облегчить свое состояние. Любыми средствами. Но тело снова подвело. Слезами. Фертильностью.

Ладно. Мои яйцеклетки не виноваты, что зачахли без спермы. Просто я предпочитала не признавать правду. Ромео отказывался заниматься со мной сексом. Как бы я с ним ни заигрывала. Каким бы восхитительным, умопомрачительным, оргазмическим занятиям на грани секса мы ни предавались.

Надвигающаяся буря дразнила лодыжки, обвиваясь вокруг них. Неожиданный визит отца. Отказ мужа. Месячные. Мое лишенное секса существование. Все кружило вместе, набирая силу и перерастая в нечто зловещее и опасное.