Книга Мое темное желание, страница 95 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

— Неплохо. В следующем месяце мой парень повезет меня в Испанию. Кажется, он сделает предложение. – Стейси накрутила прядь волос на палец и подняла взгляд на потолок, будто на панели из гипсокартона красовалась ее свадебная доска с Pinterest. – О, забыла спросить… Ты заболела, что ли? Тебе что-нибудь нужно?

Разве что здравый смысл, учитывая, в каком ключе я думаю о своем боссе-мудаке.

Я нахмурилась.

— Нет, а что?

— Да так. – Она заложила карандаш за ухо. – Просто видела, как твой ученик пошел в сауну, поэтому решила, что ты отменила занятие.

— Как это, – ты видела моего ученика? – Я почесала висок. – Он был здесь?

— Он и сейчас здесь. – Стейси кивком указала на спа-зону. – В сауне. Если еще не испарился, – захихикала она. – Уже сорок минут там.

Сукин сы…

Он приехал в клуб, но так и не зашел? Почему? Я прикусила щеку, проклиная себя за глупость. Забыла главное в жизни правило: никогда ничего ни от кого не жди. Это верный путь к разочарованию.

— Прошу прощения. – Я нацепила фальшивую улыбку и направилась в сауну. – Кажется, я там кое-что забыла.

Стейси нахмурилась.

— Но ты туда и не захо…

Я так быстро промчалась мимо, что ее голос стих позади. В венах пульсировал затаенный гнев. К нему добавилось что-то еще. Приятное волнение от перспективы увидеть Зака в одном полотенце.

Поправочка: из-за перспективы покалечить его в одном только полотенце.

Зак в одиночестве сидел в пустой сауне, прижавшись затылком к затененной стене и не замечая перед собой наблюдателя. Подкравшись на цыпочках, я заглянула в маленькое квадратное окошко, и у меня участился пульс при виде беззаботного выражения его лица.

Он размял шею, чтобы прогнать напряжение. Сидел в одном только белом полотенце, с черных волос на лицо капал пот. Он был похож на отлитого из бронзы бога, его блестящие бицепсы и пресс отчетливо выступали. Тупая боль между ног усилилась, и тогда я поняла, что она присутствовала всегда. Никогда толком не проходила с тех пор, как я ласкала себя в его библиотеке.

Рюкзак с тихим стуком упал на пол. Я толкнула дверь и вошла в сауну прямо в одежде.

Зак так и сидел, плотно закрыв глаза, но неожиданным образом все же произнес:

— Как ты меня нашла?

— Шла на запах богатства.

— Я сейчас должен обидеться?

— Ты сейчас должен объяснить, почему кинул меня с занятием. – Пар медленно проникал в меня, смешиваясь с яростью, кипящей в венах. От влажности волосы приклеились к шее, одежда намокла, пока не прилипла к телу. Если он откроет глаза, то увидит, как мои соски передают ему привет сквозь белую ткань.

Он не открыл.

Зак поправил свернутое валиком полотенце за шеей, так и не открыв глаза.

— Не хотел тебя видеть.

— Ты сейчас серьезно?

— Кажется, мы установили, что я не склонен шутить.

Я подошла ближе, качая головой.

— Ты не можешь просто взять и не прийти на занятие.

— Могу. – Он распахнул глаза, его непринужденность за долю секунды сменилась внимательностью. – Наглядный тому пример – так я и сделал.

— Если бы ты предупредил, я бы могла поспать подольше.

— Не могла бы. У тебя была тренировка с Андрашем.

— Я могла ее перенести.

— Снова нет. Тебя ждет работа, Золушка.

— Но я…

Он перебил меня.

— Ты знала, что самка осьминога не ест и не чистится после рождения потомства? Она умирает вскоре после того, как отложит яйца. Самцы тоже увядают и умирают через несколько недель после спаривания.